– А как ты собираешься это сделать?
– Очень просто. Ты включишь музыку и будешь ди-джеем. А я включу громкоговорители, и музыка будет слышна людям.
– Интересная идея. Знаешь что? Ты первый в мире человек, который решил скафандр для исследования чужих планет использовать как музыкальный центр.
– Ха. Да, я крут.
– Не говори.
Моя дискотека произвела фурор. Сначала примитивы никак не могли понять, как это из моих доспехов звучит музыка, которую должен играть по идее целый полк менестрелей, но потом пообвыклись, придя к заключению, что доспехи у меня волшебные. А раз волшебные – так чего удивляться?
Все тут же стали плясать. Я тоже – с Альдой, она преподала мне краткий курс бальных танцев. Точнее, «пирных» танцев, потому что мы веселились на пиру, а не на балу. Я здорово взмок, поскольку уже лет сто не танцевал, и потащил Альду на балкон, где мы с ней долго обнимались и целовались.
И вот я решился начать с ней тот самый разговор, о котором нередко задумывался в последнее время. Особенно после того, как выяснил, что улетать с Крамджала надо уже завтра.
– Милая, – произнес я как можно мягче. – Это… В общем, я завтра улетаю. Полетели со мной.
Альда подняла на меня свои огромные глаза, которые тут же наполнились слезами.
– Ты улетаешь? – прошептала она.
Я вспомнил, что совсем забыл ей сказать о намеченном на завтра старте «Кречета». Вот ведь, лажа получилась.
– Да, дорогая. И я не хочу улетать без тебя. Полетели вместе. Представь, как нам будет хорошо на Земле! Или не на Земле, а на какой-нибудь другой планете…
– Но мне хорошо и здесь, – тихо ответила она.
Мы помолчали. Потом Альда вцепилась в меня своими ручками и горячо зашептала:
– Останься, Ваня. Прошу тебя. Заклинаю. Останься, ведь у тебя здесь будет все. Его Величество Чундарк – твой друг, он подарит тебе замок. Рядом с моим. Мы объединим наши земли, ты получишь герцогский титул, мы поженимся и будем жить долго и счастливо…
– Э-э-э, – промямлил я. – Я не могу. Мне надо доставить груз. Это вопрос чести.
Сам того не зная, я произнес волшебные слова. Альда моментально кивнула головой, словно все поняла. Видимо «вопрос чести» понятие межпланетное.
– Но, – сказала она, – я не могу… Здесь мой дом… Здесь мой король… Здесь все, что я знаю. А там, где живешь ты, я не знаю ничего.
– Но зато ты будешь со мной.
– Да. Я хочу этого больше всего на свете… Но… Ваня… Это мой дом…
– Так будет новый! Альда, я не понимаю. У нас на Земле есть пословица: «С милым рай и в шалаше». Если ты меня любишь, в чем проблема? Полетели со мной. Тем более, что я и вправду тебя люблю. Честно. Всем сердцем. И потому хочу забрать отсюда.
Альда внезапно разрыдалась. Она закрыла ладошками лицо, а я обнял ее, не зная, что еще сказать. Вроде бы все, что хотел, сказал. Причем ничего обидного… Так чего ж она ревет?.. В принципе, я ее понимал.
Я, конечно, мог при желании поставить себя на ее место. И тоже бы, наверное, офигел, если бы мне любимая предложила: «Так, парень, давай, выбирай – либо бросаешь все, что тебе дорого, и летишь со мной, либо остаешься, а я улетаю. Но учти, что если ты останешься, значит, ты меня не любишь». Последняя фраза, конечно, не произносилась, но витала в воздухе. Я, честно говоря, понятия не имел, что именно я бы ответил на такую постановку вопроса. Скорее всего, я бы сказал: «Знаешь что, милая. Иди-ка ты…».
Поэтому в данную минуту я больше всего боялся, что Альда меня пошлет куда подальше и останется на Крамджале. Мысль о том, что она будет с кем-то другим (а то, что она при желании найдет мне замену, я не сомневался – вон, даже Ежи говорил, что в свое время клал на нее глаз), так вот, эта мысль сводила меня с ума. Я скрипел зубами от ревности. И потому очень не хотел, чтобы он ответила мне отказом.
Альда по-прежнему рыдала у меня на груди, заливая своими слезами мой кафтан. Бедненькая. Как же мне ее жалко. Я обратился к внутреннему голосу:
–
–
–
–
–
–
–
–
