Белый ничего не ответил, только развернулся и пошел к проходу.
— Мы тут подождем, — крикнула вслед и села на берегу, обхватив колени.
Лучик села рядышком и мы стали молча рассматривать воду, разноцветные камешки на дне, цветы, покачивающиеся на поверхности. Молчание как-то затянулось и я просто стала говорить, ни к кому не обращаясь:
— Теперь главное — это жить и стараться найти свое счастье. Тяжело сознавать себя в этом мире. Он так жесток и не справедлив. Вот кажется, что все хорошо, ты нашла половинку своего сердца, как вдруг, резко все меняется и из почитаемой леди, становишься изгоем. — повернулась к Лучику — она внимательно за мной наблюдала. — Я сейчас больше всего мечтаю о том, чтобы вернуть себе память. Знаешь, такое ощущение, что что-то очень важное ускользает от меня. И магия… скажи, ты можешь контролировать свою силу?
Девушка кивнула. Она протянула ко мне руку, но не притронулась. Повернула ладонью вверх и на коже проступили рисунки татуировки. Только сейчас я заметила, что никаких изображений на ее шее нет, хотя отчетливо помню, что их видела. Черные узоры поползли верх и верх по руке — предплечье, плечо, затем шея. В самом конце рисунок вспыхнул красным и потух, вновь чернея.
Я рассматривала ладонь, пытаясь хоть что-то понять в кружочках, прерывистых линия, найти систему, разобраться, что они значат. А затем осмелела и прикоснулась к запястью, проведя пальчиком по одной из черточек. Резкая боль обожгла левое плечо и часть спины, где был золотой рисунок. Я вскрикнула и отшатнулась, упала назад и зашипела. Лучик испуганно подползла ко мне и, не прикасаясь, всмотрелась в лицо.
— Что вообще это такое? — поднялась, кончиками пальцев притрагивалась к горящему огнем месту. — Я же тебя ночью несла, все нормально было.
На миг девушка задумалась, а затем легла прямо на песок, закрыла глаза и притворилась спящей.
— Вчера после того, как убила Бурого и банду, ты была без сознания. Думаешь, поэтому и ничего не произошло?
Энергичный кивок.
— Странно все это. Да и я не понимаю природу магии. Кто-то меня вчера направлял, давал четкие указания. И Белый… ты знаешь, кто он такой?
Лучик неопределенно пожала плечами. Я уже думала ее лучше расспросить, как поняла, что звук падающей воды затих. Подняв взгляд, увидела, стоявшую перед нами прекрасную лошадь кремового окраса, а черные глаза с любопытством рассматривали нас.
— Ее зовут — Лаэви, — раздался мелодичный голос, подобный на шелест ветра в листьях садов.
Из-за крупа лошади вышла женщина. Невероятно красивая обликом, она была гибка как прибрежный тростник, длинные черные волосы заплетены в тугие косы, а ярко-синие глаза, смотрели весело и лаского, однако, вместе с этим в них читалась вековая мудрость. Легкий ветерок развивал тонкую ткань сине-фиолетового платья. На острых к верху ушках, сияли причудливые серьги из золота и прозрачных камней.
— А вы… — вышла из минутного ступора я.
— Меня привел Леусетиус, — эльфийка наклонилась и уже собиралась погладить Белого, как он зашипел, отскочил от нее и подошел к Лучику. — Мое имя — Танариана Адори Ясевита, но можете называть — Танариана или Тая.
— Эту девушку я называю «Лучик», а меня люди зовут Эматрион, ну, или Эма, — поднялась на ноги и отряхнула свою импровизированную юбку.
Танариана укоризненно покачала головой, поджав губы, а затем, подойдя к лошади, что-то достала. Приблизившись ко мне, она протянула сверток, который оказался темно-синим плащом с серебристой оторочкой.
— Возьми. Наши мужчины не признают легкодоступных женщин.
— Эм… вы не правильно поняли, — смущенно проговорила. — Я не из этих. Мы с Лучиком сбежали от работорговцев.
— Что? — эльфийка недоверчиво прищурилась. — В это слабо верится. На тебе нет оружия, а у девочки сила магии почти на исходе.
Я задумалась, стоит ли говорить Танариане о странном шепоте и проснувшихся способностях.
— А что Вы скажите обо мне? — решила все же ответить вопросом на вопрос.
— Ты странная, но зла точно не несешь. Да и Леусетиус тебя признал, а ведь он единственный имрит, который в таком возрасте всех чурается. Значит, тебе можно пройти в Дентивирелл.
— Лучику со мной можно? — на языке вертелось множество вопросов, но это был самым главным.
— Несущей огонь смерти можно ли пройти на территорию светлого эльфийского государства? — задумчиво проговорила Танариана.
Я уставилась на эльфийку, но почувствовала, как Лучик спряталась за мою спину. А Белый, подойдя ко мне, грозно зашипел на эльфийку. Но самое поразительное было то, что кремовая лошадь, боднув в спину, подтолкнула Танариану к нам.
— Лаэви, мы уже один раз нарушили закон и впустили наемника на территорию Дентивирелла. Но тогда был особый случай.
Лошадь фыркнула и кивнула на меня.
— Вот это и считаю странным, — задумчиво проговорила эльфийка. — Я не чувствую опасности, но такое ощущение, что магия вокруг тебя клубится. Скажи мне, Эматрион, ты случайно не чаровница?
— Не знаю, — честно ответила я. — Вполне возможно, что и чаровница. Пока нет памяти, ничего не могу с уверенностью о себе сказать.
