— Я сама обучу ее, — мягко ответила Танариана. — И с Дойринителлом поговорю. А там брат может сам повлиять на решение старейшин. Поверь мне, сынок, ничего плохого эти девушки нам не сделают.
Эльф ничего не ответил, лишь кивнул, и, предложив матери руку, двинулся к тому месту, где они нас оставили. Танариана последовала за сыном и через несколько мгновений я осталась одна. Надо было бы скорее вернуться к Лучику, чтобы эльфы не заподозрили, что я могла их подслушивать. Белый потянул меня в сторону от тропинки, по которой ушли Танариана и Аувелесий. Получается, что делаю крюк. Значит, можно сказать, что мне срочно требовалось уединение, поэтому я ушла в сторону.
— Белый, — обратилась к зверю, — мне стоит беспокоиться по поводу себя и Лучика?
Отрицательный кивок.
— Но меня определенно тут не ждут. — проговорила, вспоминая подслушанный разговор.
Значит, эти чаровники успели и тут появиться, и навести свои порядки. Но почему они истребляют магов с силами стихий? Для чего нужна их смерть? Странно это все…
Странная догадка вдруг возникла в моей голове. Я еще раз вспомнила те ощущения, когда оттолкнула от себя Бурого. Ведь это не было просто энергетическим выплеском. Такие всплески я видела, когда Дивет пытался пробудить спящие во мне силы. Там это выглядело, будто вещь толкнули в нужном направлении, а в ситуации со мной, Бурый отлетел к стене, и я ощущала, как вокруг движется воздух, как моя сила сплетается с окружающим меня пространством.
— Нет… нет… — прошептала я резко остановившись. — Такого быть не может.
Закрыв глаза, постаралась спокойно вдохнуть и выдохнуть, привести мысли в порядок. Легкий порыв ветра закружился вокруг меня, будто подбадривая. Нет! Этого быть не может! Мне показалось. И вообще, все это лишь мои выдумки. Не могу же я быть одной из этих магов стихий!
А воздух вокруг меня будто проявил собственную волю. Меня вдруг погладили по голове, но распахнув глаза, увидела лишь, как порывы ветра шелестят в листве, покачивая деревья, как цветы пригибаются к земле. И я чувствовала все это. Каждый порыв, каждое движение воздуха. Значит, все же могу. А точнее, я, оказывается, одна из носителей стихийной магии. Только этого мне не хватало. А если эльфы узнают об этом и прогонят меня. Куда тогда следует идти? Куда бежать?
И как-то само по себе вспомнилось то, что и сюда в Дентивирелл я попала вообще-то случайно. И если бы не Белый, то мы бы вполне возможно долго скитались бы с Лучиком.
— Эматрион, — позвали меня.
Я испуганно огляделась и увидела приближающегося Аувелесия. Он настороженно смотрел на меня и, подойдя, остановился примерно в десяти шагах.
— Это ты сделала? — жестко спросил он.
— Да, — ответила прямо. — Но не спрашивате как.
— Ты действительно ничего не помнишь?
— Меня не пускают к моим воспоминаниям, — не вижу смысла ему врать. Аувелесий все равно видел этот выброс. — Будто стена стоит, о которую я просто безнадежно бьюсь. Дивет в Нэй'кеве месяц пытался помочь мне.
Вдруг эльф приблизился, сел на корточки рядом и глядя прямо мне в глаза, жестко произнес:
— Выброс слабый, засек его, только благодаря тому, что амулет нужный есть. Мама заступилась за тебя. Если она тебе верит, значит, и я буду, но запомни: кем бы ты ни была, мы не позволим отнять у нас то, что осталось. Поняла?
Белый поднялся и зло зарычал, предупреждая, а я кивнула. Его тоже понять можно. Чаровники забрали почти всех, кто ему дорог, оставив лишь маму. Он бережет ее как может. А еще, судя по всему, Аувелесий не понял, что я владею именно магией воздуха. Он скорее всего подумал, что просто сила, о которой говорила Танариана, вырвалась на свободу. Так даже лучше. Чем меньше людей знает, тем проще будет.
— Аувелесий, а вы с нами отправитесь? — пытаясь подняться с земли спросила я. И когда только успела на колени упасть?
— Нет, у меня служба, — сухо ответил эльф, но руку, чтобы мне помочь, протянул. — Поспеши, тебя уже все ожидают.
— Да… — промямлила я, — А можно вопрос?
— Какой?
— Вы же видите магию других? — кивок — Что вы видите, глядя на меня?
— Ничего, — честно ответил страж. — Кроме того, что энергетическое поле вокруг тебя белое. Даже у девушки, которую ты привела с собой, оно не настолько однотонно.
— Мне же смогут здесь помочь?
— Смотря для чего тебе нужна помощь? — ответил вопросом на вопрос Аулесий.
А действительно, зачем мне помощь? Точнее не так, для чего нужно пробуждение моих сил? Ответ напрашивался лишь один — моя память. Воспоминания, которые были утеряны. Потому что я чувствую, что мои способности и возврат моей память связанны.
Хотя, стоит ли мне возвращать все на «круг своя»? Кто знает, что кроится в этих воспоминаниях? А вдруг за моей спиной такой же уничтоженный род, как и у Лучика? А если еще что-нибудь пострашнее?
Одни вопросы, ответы на которые пока я не могу найти. В первую очередь стоит четко прояснить для себя самой, что мне на самом деле необходимо.
— Эматрион, ты и Лучик едите на Лаэви, а я на Атаназе, — сказала уже восседающая на черном жеребце Танариана.
