Изюм поначалу беспокойно крутился в лодке, раскачивая её из стороны в сторону и угрожая опрокинуть. Но потом Василиса строго скомандовала ему лежать, и пёсик разместился на дне. Вроде бы успокоился, из-за бортов осматривая окрестности.
Руки уже давно ныли, но история с местом, исполняющим желания, даже в самое напряжённое время мерцала в уме маяком. Так что Василиса намеренно повела лодку в другую сторону, чтобы никто сразу не заметил её интереса к большущим ивам, свисающим ветвями до воды и образующим тоннели.
Проплыв мимо противоположного берега, Василиса всё-таки решилась приблизиться к деревьям. Остановилась, повернула лодку. Наклонилась, чтобы увидеть, куда дальше убегает ручей. Кажется, ничего особенного – зеленеющие берега, колышущиеся ветви ив, камыши, кусты, круглые листья водяных лилий. Правда, где-то вдалеке, где ивы сходились зарослями и волновались на ветру, будто дышащие…
– Эй, ты чего там?!
Василиса вздрогнула и обернулась на голос Леты. Она стояла на берегу, уперев руку в бок, а другую приложив к глазам козырьком.
Вздохнув, Василиса развернула лодку и поплыла обратно к мосткам.
– Что там? – повторила вопрос Лета, помогая Василисе выбраться из лодки. Изюм выскочил сам и, кажется, был несказанно рад окончанию водной прогулки.
– Да ничего, – намеренно равнодушно произнесла Василиса. – Просто посмотрела, куда дальше ручей течёт.
– В Гнилые болота он течёт, – проговорил Коля, привязывая верёвку лодки к столбику.
– Это Чарусы? – спросила Василиса, изображая полную невозмутимость.
– Можно и так, – кивнул Коля. – В любом случае, лучше держаться от них подальше.
– Это почему? – с любопытством спросила Лета, воспринимающая любой запрет как вызов.
– Они очень большие и опасные. Там легко заблудиться.
– Скука, – запрокинула голову Лета.
– Может, тогда пойдём, усадьбу посмотрим? – как бы невзначай предложила Василиса.
– Это ещё зачем? – вскинулся Антон, отодвигая кепку с лица.
– Что за усадьба? – Лете, кажется, предложение понравилось.
– Скиркудово, – медленно произнёс Коля, глядя на всех по очереди. – Но туда тоже лучше не ходить.
– Туда лучше не ходить, сюда лучше не ходить, – размахивала руками Лета. – Лучше дома сидеть у телевизора.
– Там же просто заброшенный санаторий, – сыграла наивность Василиса.
Антон и Коля, всю жизнь прожившие в Покрове, переглянулись. Отец Павел смотрел на них со стороны молча.
– Это проклятое место, – наконец произнёс Коля, как будто нехотя.
– Отлично! – воскликнула Лета. – Тогда пошли! Где оно тут?
Коля лишь закатил глаза.
– Давайте пойду я с вами, – предложил отец Павел, поднимаясь.
Тут уже Василиса с трудом удержалась от закатывания глаз, потому что этот святоша был последним, в чьей компании она хотела бы оказаться.
– Вот это так себе идея, – покачал головой Антон. – Коля прав, гнилое это место.
– Почему тогда там устроили санаторий? – упрямилась Василиса.
– Надо же было как-то это здание использовать, раз у помещика его всё равно отжали, – пожал плечами Антон.
– Мы идём или нет? – капризно спросила Лета.
Коля явно не хотел приближаться к усадьбе, отцу Павлу было вроде бы всё равно – сидеть с удочкой у заводи или сопровождать детишек по проклятым местам. А вот Лета приплясывала от нетерпения.
– Предлагаю компромисс, – проговорила Василиса, глядя на всех по очереди. – Пойдём, но посмотрим издалека.
Лета недовольно цыкнула, Коля обречённо вздохнул и махнул рукой. В итоге их компания всё же двинулась по направлению к усадьбе.
– Так что там за ужасы? – спросила Лета, избавив Василису от необходимости задавать этот вопрос.
– Там жили Савельевы, – ответил Коля, глядя по сторонам, как будто с опаской. – А они, знаешь, люди были так себе. Очень богатые и очень жестокие. Есть даже мнение, что они приносили человеческие жертвы тёмным силам, а те взамен давали им золото.
– Что-то знакомое, – едва слышно пробормотала Василиса. Но из остальных троих у Вражьей горы побывал тогда только отец Павел, так что Лета просто пожала плечами и весело пошла дальше. Коля, наслышанный о том, что тогда случилось, глянул на Василису с выражением вроде «и тебе всё равно хочется туда идти, да?».
– Они, кстати, были отлучены от церкви, – продолжил рассказывать Коля, выразительно глянув на отца Павла. – Правда, кто-то один из них всё-таки стал не то священником, не то монахом. Но его тогда выгнали из семьи, и он всю жизнь прожил в нищете.
– А я слышала, там где-то есть ворота в ад, – снова вроде как к слову добавила Василиса.
– И такое мнение есть, – согласился Коля. – Говорят, навыпускал Савельев оттуда всякой погани, которая теперь по округе шастает.
– Погани и без этого хватает, – пробормотала Василиса, припомнив праздник в «Подсолнухе» и гадости, которые чинили отцу Павлу.
– А привидения там есть? – снова задала правильный и своевременный вопрос Лета.
– Сколько угодно, – вздохнул Коля, которому уже трудновато давались спуски-подъёмы по холмам.
– Кажется, там есть не только привидения, – проговорил отец Павел, щурясь на густую зелёную изгородь, за которой, как уже знала Василиса, начинался сад. – Давайте-ка дальше не пойдём.
