-Скажи честно, ты не ожидала такого от Софьи Григорьевны? - не выдержал молчания Серёжа. Кира пожала плечами. Ей не хотелось сейчас разговаривать. Они только что забрались в пролётку. Дядька в подбитом ватой синем кафтане до пят и огромных валенках слупил с них целый рубль. Он, как только они уселись, деловито помог им укрыть колени суконной полстью, потом залез на козлы и взмахнул кнутом. Лошадка довольно фыркнула и резво побежала по вычищенной мостовой. Они не стали поднимать верх пролётки, потому что вечер был тихий, почти без ветра, и только лёгкие мелкие-мелкие снежинки парили в морозном воздухе.Серёжа с досадой взглянул на Киру - ему не нравилось её настроение: молчит, недовольно кривится, и видно, что нервничает.-То, что она предъявила вчера на генеральной, - просто небо и земля по сравнению с сегодняшним вечером. Куда подевалась светская дама, притворяющаяся Кармен! Сегодня она свободная, раскованная, эмоциональная, грешная и прекрасная - вот за такой Кармен можно идти на край света. И это только первый акт! А если бы мы остались?!
-Ну и остался бы, - бросила через плечо Кира, - я же написала Сонечке записку, объясняя, почему должна срочно вернуться домой. С какой стати ты за мною увязался? Сидел бы в ложе да слушал оперу.
Серёжа обиженно засопел:
-Так бы я тебя одну и отпустил! И что ты там в очередной раз себе навоображала? С чего ты взяла, что с Шурочкой непорядок? Что тебе вдруг показалось?
Кира не стала объяснять, что ближе к концу первого акта оперы у неё внезапно побелело в глазах и дыхание стиснулось - вот прямо не вздохнуть никак. И первое, что пришло в голову: Шурочка. Она едва досидела до конца акта, нацарапала записку Софье Григорьевне с невнятным объяснением и извинениями и, не слушая удивлённых возражений Викентия Павловича, персонально приглашённого Софьей Григорьевной на спектакль, поспешила домой. Серёжа двинулся за нею. Теперь он изо всех сил пытался отвлечь Киру от мрачных мыслей. Только у него это плохо получалось.
-Ну в самом деле, - продолжил он, - что могло случиться? Девочка дома, спит уже, наверное - всё-таки, - он взглянул на часы, - всё-таки половина десятого уже. Чего так уж беспокоиться? Не в первый же раз она у тебя остаётся дома. Кстати, там и горничная, и кухарка в квартире - не одна она в тёмной комнате сидит.
-Не одна, - безжизненным эхом отозвалась Кира.
-Вот и не дёргайся! Шурочка - вполне самостоятельная девочка. Она глупостей не наделает. И нечего тебе с нею так носиться! Прямо наседка с цыплёнком!
-Ах, "наседка с цыплёнком"! - сверкнула зеленью глаз Кира и брякнула рассердившись: - болтаешь ерунду! Своих сначала заведи, а потом учи!
И осеклась, глядя в разом побелевшее и постаревшее лицо друга. Ей тут же стало нестерпимо стыдно. Как у неё только язык повернулся сказать Серёже такое?! Ведь знает же его трагедию, помнит о гибели Франсуазы, но вот не сдержала злой язык - болтнула гадость.
Она осторожно тронула Сергея за руку:
-Пожалуйста, прости меня! Не знаю, что на меня нашло. Прости!
Серёжа натужно кивнул, тоскливо глядя в сторону. Несколько минут они ехали молча, слушая, как покрикивают извозчики да фыркают лошади.
-Скажи, - задумчиво проговорила Кира, - скажи, тебе не хочется вернуться туда... ну, ты знаешь куда?
-Хочется, - он догадался, о каком "туда" она говорит, - скажем так, раньше хотелось. Но теперь, когда мы со Штефаном перевезли в Аппензель дедушку с бабушкой и они осваивают швейцарские обычаи, а дед к тому же собирается строить часовню Святой Ольги прямо в деревушке, это желание почти ушло.
-Я иногда думаю, сколько ещё бурь предстоит впереди. Ты только подумай, одна война, революция, другая война... А там, в семьдесят пятом, это всё уже было позади.
-А что там дальше? Никто не знает, - отозвался он.
-Ну неужели же опять может повториться весь этот ужас?
-Не этот, так другой. Люди не хотят учиться на чужом опыте, им собственный подавай. И потом, почему ты решила, что здесь будет всё именно так? Разве не видишь, что многое изменилось?
-Вижу, - сердито ответила она, - ещё как вижу! Полди, например, решил во что бы то ни стало найти своего сына, даже в Америку собирается ехать за ним.
-Вот и хорошо, пусть едет вместе с Софьей Григорьевной. Может, мы там ещё с ним встретимся. Знаю я, на кого ты сердишься. И зря!
