– Ваш человек, Масловский, находится в настоящее время в бегах на территории Англии и собирается убить папу. Причем его единственной целью является, судя по всему, компрометация нашей страны. Нам же не остается ничего, как только ждать и надеяться, что британская тайная служба окажется более эффективной, чем вы.
– Товарищ генерал, что я могу сказать?
– Вам нечего говорить, Масловский. Отличительной чертой всего этого дела является не столько глупость исполнителей, сколько авантюризм наихудшего свойства.
С этими словами Гранов нажал на кнопку на своем письменном столе. Дверь позади Масловского открылась, и в кабинет вошли два молодых капитана КГБ.
– Вы немедленно освободите ваш служебный кабинет, а все ключи, шифры и дела передадите лицу, которое я вам назову. А пока что отправляйтесь в наш следственный изолятор. Против вас возбуждается дело по обвинению в государственной измене.
Как это – в следственный изолятор? Ведь он стольких людей сам послал туда. Дыхание Масловского вдруг пресеклось, и он ощутил острую боль в груди и в обеих руках. Он схватился за край письменного стола, но ноги уже не держали его. Словно в тумане, он увидел, как вскочил со своего места Гранов. Два офицера бросились и подхватили Масловского под руки.
Но он вовсе не собирался сопротивляться. Он лишь хотел сказать Гранову, что ни следственного изолятора, ни суда не будет. Странным образом последняя его мысль была о Тане, о любимой Танечке, как та сидела за роялем и играла свое любимое «Море» Дебюсси. Потом вдруг музыка смолкла, и он провалился в темноту.
Фергюсон участвовал в заседании под председательством министра внутренних дел. На нем присутствовали начальник службы «С 13» отдела Скотланд-Ярда по борьбе с терроризмом и генеральный директор сил безопасности.
Он был совершенно измотан, когда вернулся домой и обнаружил там Девлина, читающего «Таймс» у камина.
– Кажется, газеты на время забыли о Фолклендах и переключились на папу, – заметил Девлин и отложил газету.
– Что касается меня, то поскорее бы уж он прилетел. Вы бы только послушали, Девлин, что за чушь они пороли на совещании! Министр внутренних дел собственной персоной, Скотланд-Ярд и наш директор. И знаете что? – Он встал спиной к огню, чтобы согреться. – Они не склонны принимать дело всерьез.
– Вы о Кассене?
– Поймите меня правильно. Конечно, его существование принимается к сведению, тем более что я рассказал о последних днях в Дублине: Левин, Лубов, Черни и двое боевиков ИРА. Этот человек – фанатичный убийца.
– Не думаю, – ответил Девлин. – С моей точки зрения, все это было лишь частью определенного плана, то есть он просто четко выполнял определенную задачу. К тому же в течение многих лет он довольно часто щадил свои жертвы. Последний тому пример – Таня и я. Он стремится к достижению определенной цели – вот что главное.
– Только не напоминайте мне об этом. – Фергюсон покачал головой. В этот момент дверь открылась, и появился Фокс.
– Добрый день, сэр. Добрый день, Лайам. Я слышал, что за время моего отсутствия кое-что произошло?
– Вот уж точно, – ответил Фергюсон. – В Париже все нормально?
– Да, я говорил с Тони. Он контролирует ситуацию.
– Но об этом позже. Давайте-ка лучше я расскажу, что случилось здесь.
Изредка прерываемый Девлином, он довольно быстро описал ситуацию.
– Что за человек! Странно. – Фокс пожал плечами.
– Что тут странного?
– Когда мы встречались в последний раз, он показался мне очень симпатичным.
– Для него это несложно, – заметил Девлин.
Фергюсон насупил брови.
– Ладно, хватит об этом.
Вошел Ким с чайным подносом и тарелкой с бутербродами с жареной ветчиной.
– Великолепно, – отреагировал Фергюсон. – У меня волчий аппетит.
– А Воронина? – поинтересовался Фокс.
– В настоящее время она в безопасности.
– Где, сэр?
– В нашей квартире в Челси. Директорат прикрепил к ней служащую, которая будет сопровождать ее, пока все не встанет на свои места.
Он пододвинул каждому из присутствующих по чашке чая.
– Так каким же будет следующий шаг? – спросил Девлин.
– Министр внутренних дел и директор считают, что дело не должно попасть в печать, и я с ними полностью согласен. Целью визита папы является распространение братской любви, то есть серьезная попытка остановить кровопролитие в Южной Атлантике. А теперь представьте себе, с какими заголовками могут выйти газеты: «Первый визит папы в Англию – фанатик-убийца на свободе».
– К тому же еще и священник.
– Ну, это не самое главное. Важно, кем он является на самом деле.
– Я бы так не считал, – возразил Девлин. – Позвольте мне, непоследовательному католику, представить точку зрения церкви: Гарри Кассен был посвящен в священнический сан двадцать один год назад в Вейн-Лэндинге, штат Коннектикут, и до сих пор его носит. Вы в последнее время Грэма Грина не читали?
– Пусть так, – раздраженно буркнул Фергюсон. – Тем не менее госпожа премьер-министр не желает, чтобы дело Кассена попало в прессу. Пользы от этого все равно не будет.
– Сначала надо бы поймать его, – попытался вставить Фокс.
