Михаил и не собирался. Он лежал на брюхе, следя за кружившими в вышине воронами, и хотел, чтобы какая-нибудь из них упала ему прямо в зубы. Он не хотел ощущать запах Виктора, это слишком напоминало ему про расплывчатые фигуры с ружьями.
Виктор вздохнул, понурил голову. Медленно и осторожно он начал спускаться со скалы, тело его хрустело в суставах. Михаил встал и полез за ним, чтобы предохранять его от падения. - Не нужна мне твоя помощь! закричал Виктор. - Я - человек, и в помощи твоей не нуждаюсь! - Он спустился со скалы в пещеру, вполз в нее и лег, свернувшись, уставившись в пустоту. Михаил скрючился на выступе перед пещерой, ветерок ерошил его шерсть. Он следил за воронами, кружившими в небе подобно черным бумажным змеям, и во рту у него выделялась слюна.
На весеннем солнце лес пробуждался. Виктор не превращался в волка; Михаил не превращался в человека. Виктор все больше слабел. Холодными ночами Михаил влезал в пещеру и ложился к нему, согревая его теплом своего тела, но сон Виктора был хрупок. Его постоянно мучили кошмары и он вскакивал, зовя то Ренату, то Никиту, то еще кого-нибудь из ушедших. В теплые дни он взбирался на скалу над расселиной и там замирал, глядя в сторону подернутого дымкой западного горизонта.
- Ты должен уехать в Англию, - говорил Виктор черному волку. - Именно так, в Англию. - Он кивнул головой. - В Англии люди цивилизованные. Они не убивают детей. - Он дрожал; даже в жаркие дни его плоть была холодна, как пергамент. - Ты слышишь меня, Михаил? - спросил он, и волк поднял голову и уставился на него, но не ответил.
- Рената? - Виктор говорил в воздух. - Я ошибался. Мы жили по-волчьи, но мы - не волки. Мы - человеческие создания, и мы принадлежим тому миру. Я ошибался, когда держал всех здесь. Ошибался. И каждый раз, когда я гляжу на него, - он показал на черного волка, - я понимаю, что поступал неправильно. Для меня уже слишком поздно. Но не для него. Он может уйти, если хочет. Он должен уйти. - Он покрутил сцепленными худыми пальцами, будто бы пытался найти, а затем словно бы нашел решение проблемы. - Я боялся мира людей. Я боялся боли. И ты тоже, Рената, верно? Я думаю, мы все боялись. Мы могли бы уйти, если бы решились. Мы могли бы научиться тому, как выжить в тех диких условиях. - Он поднял голову в сторону запада, в сторону невидимых деревень, поселков и городов за горизонтом. О, там - ужасные места, - тихо сказал он. - Но именно там место Михаилу. Не здесь. Вовсе не здесь. - Он оглянулся на черного волка. - Рената говорит, что ты должен уйти.
Михаил не шевельнулся; он дремал на солнце, хотя слышал все, что говорил Виктор. Хвост его бессознательным движением согнал муху.
- Ты мне не нужен, - сказал Виктор с раздражением в голосе. - Ты думаешь, что поддерживаешь мою жизнь? Как же! Я могу поймать голыми руками то, мимо чего твои челюсти сто раз промахнутся! Ты думаешь, это преданность? Это - глупость! Превращайся обратно. Сынок, ты меня слышишь?
Зеленые глаза черного волка открылись, потом опять лениво закрылись.
- Ты - идиот, - решил Виктор. - Я тратил время на идиота. О, Рената, зачем ты ввела его в стаю? Перед ним жизнь, а он хочет отказаться от чуда. Я ошибался... я сильно ошибался. - Он встал, все продолжая ругаться, и опять полез в пещеру. Михаил тут же поднялся и последовал за ним, следя за движениями старика. Виктор отогнал его, как всегда, но Михаил все-таки шел за ним.
Шли дни. Начиналось лето. Почти каждый день Виктор забирался на скалу и разговаривал с Ренатой, а Михаил лежал рядом, наполовину слушая, наполовину дремля. В один из таких дней до них донесся гудок паровоза. Михаил поднял голову и прислушался. Машинист паровоза пытался отогнать с путей животное. Может, стоило сбегать туда ночью, посмотреть, не сшиб ли кого-нибудь паровоз? Он положил голову, солнце грело ему спину.
- У меня есть еще один урок для тебя, Михаил, - тихо сказал Виктор, после того как затих гудок паровоза. - Может бы, самый важный урок. Живи свободным. Это все. Живи свободным, даже если тело твое в оковах. Живи свободным тут. - Он дотронулся дрожавшей рукой до головы. - Это то место, где никто не может сковать тебя. И - может быть, это самый трудный урок, который нужно выучить, Михаил, но: любая свобода имеет свою цену, но свобода разума бесценна. - Он сощурился, глядя на солнце, и Михаил поднял голову, глядя на него. Что-то новое прозвучало в голосе Виктора. Что-то окончательное. Это напугало его, хотя ничто не пугало его с тех пор, как за его семьей пришли солдаты. - Тебе нужно покинуть это место, - сказал Виктор. - Ты - человеческое создание, и ты принадлежишь тому миру. Рената со мной согласна. Ты находишься здесь из-за старика, который разговаривает с духами. - Виктор повернул голову к черному волку, и его янтарные глаза Виктора сверкнули. - Я не хочу, чтобы ты был здесь, Михаил: жизнь ждет тебя там! Ты понимаешь?
Михаил не повернулся.
