– Ты где была? – встретил её у порога Артур-младший.
От неожиданности связка ключей выпала у неё из рук.
– Я тебя не ждала, – пролепетала Андриана.
– Зато я ждал, – сердито проговорил он. – Где тебя опять носило?
– Могут же у меня быть свои дела, – уклончиво отозвалась Андриана Карлсоновна и попыталась его обойти.
Он поймал её за плечи, приподнял пальцем подбородок, заглянул в глаза и спросил:
– Так где же ты всё-таки пропадала?
– Артур, – она попыталась вырваться из его рук, – ты же мне не надсмотрщик.
– Это точно, – он отпустил её и проговорил: – И за какие такие грехи ты свалилась на мою голову.
– Ты расплачиваешься за грехи своего деда, – хихикнула она, сбросила куртку, ботинки и юркнула в приоткрытую дверь ванной комнаты. – Попробуй только зайти! – донеслось до него.
– Право, как малый ребёнок, – проворчал он и удалился на кухню.
Когда туда вошла благоухающая розмариновым мылом Андриана, стол уже был накрыт к ужину.
– Кошки накормлены, – сказал он.
– Ну, ещё бы! – рассмеялась она.
– Садись. – Артур подвинул для неё стул.
– Спасибо. – Она скромно потупила глаза, села и принялась за еду. – Вкусно!
– Угодил, значит.
– У тебя всегда вкусно получается. Ты останешься ночевать? – поинтересовалась она как можно равнодушнее.
– Нет, – покачал он головой, – сейчас поем и уйду.
– Почему? – голос её дрогнул, не сумев скрыть досаду.
Но он или не заметил этого, или сделал вид, что не заметил.
– У шефа сегодня день рождения. Будем отмечать в ресторане.
– Зачем же ты тогда ешь? – спросила она с искренним удивлением.
– А ты что, советуешь мне голодать? – хмыкнул он.
– Нет, ну, просто, – она замялась.
Он догадался, что именно она имела в виду, и улыбнулся:
– Вообще-то я иду в ресторан не есть, а веселиться и общаться.
– А… – протянула она, – как у вас у молодых теперь всё стало сложно.
Артур не выдержал и расхохотался. Покидая её, он буднично чмокнул Андриану в висок и, кивнув на мойку, проговорил:
– Посуду вымоешь сама.
– Иди уж, – отмахнулась Андриана. В прихожую она не вышла. Зато кошки проводили его до самой двери.
Андриана прислушалась к тому, как щёлкнул, закрываясь, замок входной двери, и направилась к мойке, заполненной грязной посудой.
«Вот почему есть вкусно и приятно, – думала она, – а мыть посуду – удовольствие ниже среднего?» Не зря же Агата Кристи признавалась, что именно за мытьём посуды она придумывает преступления.
Вытерев руки полотенцем, Андриана посмотрела на часы. Стрелки показывали всего восемь вечера. Ехать в посёлок, по её мнению, было ещё рано, поэтому она села на диванчик, сложила руки на груди и стала терпеливо дожидаться ночи, вернее, позднего вечера, готовящегося перейти в ночь.
