— И сам видишь, так сказано в заявлении потерпевшей, — продолжил Флер. — Это же прекрасно, ты не находишь? Подожди, дай-ка я его найду. Хочу зачитать. Морт, заявление у тебя? Ага, вот оно. — Адвокат нацепил очки для чтения, откашлялся и изменил голос: — «Двое парней, которые это сделали. Их имена — Кэл и Джим».
Он опустил бумагу и посмотрел на меня, словно ожидал аплодисментов.
— В ней нашли сперму Барри Маранца.
— Да-да, но юный Барри — симпатичный малый, между прочим, и мы знаем, это имеет значение. Он признает, что занимался сексом с похотливой юной Джонсон тем же вечером, только раньше. Мы все знаем, что Шамик побывала в их общежитии… Это ведь не обсуждается?
Мне не нравился наш разговор, но пришлось ответить:
— Да, не обсуждается.
— Фактически мы оба согласны с тем, что она побывала там и неделей раньше, показывала стриптиз.
— Исполняла экзотические танцы.
Флер какое-то время смотрел на меня. Потом продолжил:
— И вот она вернулась. Уже не для того, чтобы получать взамен деньги. Мы оба можем с этим согласиться, так? — Ответа он ждать не стал. — И мы сумеем найти пять-шесть парней, которые подтвердят, что мисс Джонсон очень благоволила к Барри. О чем мы тут говорим, Коуп? Ты же все понимаешь. Она стриптизерша. Она несовершеннолетняя. Она прокралась на вечеринку в общежитие колледжа. На нее обратил внимание симпатичный богатый юноша. А потом забыл про нее, не позвонил или что-то в этом роде. Она расстроилась.
— И заработала много синяков, — вставил я.
Морт хряпнул по столу здоровенным кулаком.
— Она просто хочет срубить бабки.
— Не сейчас, Морт, — остановил его Флер.
— Не хрена. Мы все знаем, в чем дело. Она написала заявление, потому что у этих парней полно денег. — Морт прострелил меня взглядом. — Ты же знаешь, что эта шлюха на учете в полиции? Ша-мик… — он специально растянул ее имя, чем разозлил меня, — тоже завела себе адвоката. Собирается как следует тряхнуть наших парней. Для этой коровы весь вопрос только в бабках. Вот и все. Она хочет сорвать жирный куш.
— Морт! — ввернул я.
— Что?
— Ш-ш-ш, сейчас говорят взрослые.
Морт фыркнул:
— И ты ничуть не лучше, Коуп.
Я ждал продолжения.
— Ты хочешь посадить их только по одной причине — потому что они богатые. И ты это знаешь. И в прессе разыгрываешь карту «богатые против бедных». Не притворяйся, будто это не так. И знаешь, почему меня от этого тошнит?
Одного я утром чуть не достал, второго затошнило не без моего участия. Славный выдался денек.
— Не представляю, Морт.
— Потому что это обычное дело в нашем обществе.
— Что именно?
— Ненавидеть богатых. — Морт вскинул руки, кипя от ярости. — Только и слышишь: «Я его ненавижу, он такой богатый». Чего стоит дело «Энрона» и другие корпоративные скандалы. Ненависть к богатым поощряется. Скажи я: «Ненавижу бедных», — меня распнут. Но за спиной припечатывать нехорошими словами богатых имеешь полное право. Всем разрешено ненавидеть богатых.
Я смотрел на него.
— Может, им организовать группу поддержки?
— Так приступай, Коуп.
— Нет, я серьезно. Трамп, эти парни из «Халлибартон».[9] Я хочу сказать, мир относится к ним несправедливо. Группа поддержки. Вот что им необходимо. Может, она устроит телемарафон или что-то в этом роде.
Флер Хиккори поднялся. Разумеется, он привлек всеобщее внимание. Я даже подумал, что сейчас мы увидим реверанс.
— Думаю, мы закончили. Увидимся завтра, красавчик. А ты… — Он посмотрел на Мьюз, открыл рот, закрыл, содрогнулся.
— Флер?
Он повернулся ко мне.
— Я насчет Кэла с Джимом. Это доказывает, что Шамик говорит правду.
Флер улыбнулся:
— В каком смысле?
— Парни умные. Называли себя Кэлом и Джимом, вот она так и сказала.
Он приподнял бровь.
— Ты думаешь, это проскочит?
— А иначе зачем она так написала, Флер?
— Не понял?
— Если бы Шамик хотела просто подставить клиентов, почему бы ей не использовать их настоящие имена? С какой стати выдумывать диалог Кэла и Джима? Ты же читал ее заявление. «Поверни ее сюда, Кэл». «Наклони ее, Джим». «Ухты, Кэл, как же ей это нравится». Зачем ей все это выдумывать?
Морт ответил без запинки:
— Потому что она охочая до денег шлюха с куриными мозгами.
Но я видел, что зацепил Флера.
— Нелогично, знаешь ли.
Флер повернулся ко мне:
— Знаешь, Коуп, логика тут не главное. Ты это понимаешь. Возможно, ты прав. Возможно, тут что-то не так. Но, видишь ли, это только запутывает дело. А путаница — прекрасная основа для сомнений. — Он улыбнулся. — У тебя, возможно, и есть какие-то улики. Но если ты пригласишь эту девочку как свидетеля, я сдерживаться не буду. Это будет подача на гейм, сет, игру. Мы оба это знаем.
Они направились к двери.
— Пока, друг мой. Увидимся на корте.
Какое-то время мы с Мьюз сидели молча.
Кэл и Джим. Эти имена не сулили нам ничего хорошего.
Должность главного следователя практически всегда занимал мужчина, обычно ворчливый, многое повидавший, с большим животом, тяжело вздыхавший и имевший потертое длинное пальто. От человека, занимавшего эту должность, требовалось провести бесхитростного прокурора округа, политического назначенца вроде меня, через лабиринт юридической системы округа Эссекс.
