Связь с интернетом была медленной и капризной, появлялась и неожиданно исчезала, как луч солнца, который вдруг робко выглядывал из-за туч. Париж оказался парализован. Причем в это состояние он входил постепенно, ничего общего с весьма зрелищным циклоном, который внезапно обрушивается на юг Франции, или, к примеру, с ураганом «Сэнди» в Нью-Йорке в октябре 2012-го, вызвавшим резкий подъем воды. Линден прекрасно помнил об этом, хотя его, жившего в Верхнем Вест-Сайде, это и не затронуло. То, что происходило сейчас, не ошеломляло и не поражало своим размахом, не угрожало ничьей жизни напрямую. Истинный враг – это стоячая вода, которая разрушает все, что под ней оказывается. Если камень еще может сопротивляться, то металл подвергается коррозии, гипс крошится, бумага и дерево гниют. Теперь Линден, как и большинство парижан, знал, что вода уйдет не сразу. Когда же наконец это начнется, она, достигшая наивысшей точки, будет отступать медленно. Последствия окажутся длительными и мучительными. Понадобятся недели, а то и месяцы, чтобы жизнь вошла в нормальное русло. Линден вспомнил того специалиста, который утверждал, что Париж поставят на колени.
Стоя у окна, Линден смотрел на промокший от дождя угрюмый двор. Он получил сообщение от Мистраль, она скоро должна была подойти. Он назвал номер здания и этаж. По непонятным причинам интернет лучше ловил возле окна. Почему он набрал в Гугле имя отца? И принялся смотреть все ссылки и картинки с упоминанием Поля Мальгарда. Были там статьи, которые он уже видел, например, про конференции, симпозиумы и конгрессы, в которых участвовал отец, но он нашел и нечто новое для себя. Он с любопытством прочел, что несколько лет назад в Беркли, в Калифорнии, манифестанты разделись догола, протестуя против уничтожения эвкалиптов, их собирались срубить якобы для того, чтобы уменьшить риск пожаров. Сам Поль не принимал участия в этом крестовом походе, но протестующие уверяли, что действуют под его влиянием и от его имени. Глядя на фотографии голых пузатых манифестантов в обнимку со стволами, Линден не мог сдержать улыбки. Потом он открыл двухминутное видео, озаглавленное «Поль Мальгард в Венозане», включил звук. Кто-то, следуя за Полем по его саду, снимал любительский фильм на смартфон. Изображение скакало, иногда пропадая совсем из-за плохой связи, но так удивительно было слышать голос отца. В ладони мелькали картинки его родного дома, навевая воспоминания. Здесь было все: прозрачность осеннего дня, птичий щебет, массивная громада каменной постройки и голос отца, низкий, не похожий ни на чей другой. «Что говорят деревья? Все. Издавна. С самого моего раннего детства. Я слышал их шепот даже тогда, когда еще не различал голоса родителей. Я ничего не делал для этого специально, просто так получилось». Поль улыбнулся открытой улыбкой, которую Линден видел нечасто и очень любил. «Они сами меня нашли. Они со мной говорили. И говорят по-прежнему. Они рассказывают, что находится у них под корнями, что таится в их густой кроне. Поэтому деревья нужны нам, чтобы мы могли понять мир. Деревья – это живые энциклопедии. Они дают нам все необходимые подсказки». Потом Поля снимали в дендрарии: веселый, загорелый. «Сегодня моя главная тревога – это инсектициды. Ни для кого не секрет, что их применение губительно для пчел. Но возможно, мало кто знает, что оно не менее губительно для деревьев. Использование химикатов, пестицидов, тяжелой техники уничтожает леса. Если мы не начнем действовать прямо сейчас, потом будет поздно. Но деревья никого не интересуют, они есть и есть. Люди их не уважают. Они их воспринимают просто как объекты, которые дают людям кислород и древесину. Они забывают, что ученые сделали невероятные открытия. У деревьев есть память. Они обладают даром предвидения. Они могут усваивать информацию. Могут посылать предупреждения другим деревьям. Нам давно известно, что лес – это сложная система, в которой деревья обмениваются данными друг с другом, заботятся друг о друге. Сегодня мы знаем, что деревья общаются между собой и корнями, и листвой. Деревья могут нам помогать, изменять наш климат, нашу экосистему, а еще они показывают, как встретить будущее. Мы должны учиться у них, должны защищать их, потому что они защищают нас. В этом новом, таком стремительном мире, где все происходит мгновенно, мы разучились ждать. Мы утратили искусство терпения. У деревьев все происходит медленно, они медленно растут, медленно развиваются. Никто не в состоянии по-настоящему понять эту неспешность и осознать, какого почтенного возраста могут достичь деревья. Некоторым из них тысячи лет. В самом деле, деревья – это абсолютная антитеза нашей безумной эпохе скоростей».
