- Дык, барин, мы б со всей радостью, только вот едва не половину мужиков тягло княжье отслуживать угнали... - и дальше стандартное 'живы лишь милостью господней'. Типовые крестьянские отмазки от редко приезжающего 'барина'. Доблестные юные пионеры, с их 'всегда готов', здесь не выживают. Схитрить и увернуться, изловчиться и отдать меньше положенного, а то и вовсе уменьшить расходы сил, денег продуктов, что на барина, что на налоги и повинности - основа умения выживать для большей части населения. А выбьешься в мелкое начальство - учись и мир деревенский не обделить, и с тем же губным старостой в ладах быть, и себя не обидеть.
Доставшаяся мне в 'наследство' от безымянного сторонника Шуйских деревенька Кожуховка невелика. Стоит на речушке Рудневке, неподалеку от её впадения в Москву-реку. Вообще-то здесь весьма 'есть, что взять', если жить постоянно. Место не то, чтобы многолюдное - но вполне торговое, крупная река всё же рядом. С самой 'кровавой зимы' местные только и знали расходов, что поставлять в мой московский дом съестные припасы. А дом невелик - и поставки соответствующие.
- Ты мне, Федя, о доле своей безрадостной не пой, я сам спеть могу так, что слезу пустишь, и последнее отдашь. И много мне от тебя не нужно... что я, долю с постоя хочу, от купцов да офеней, кои у вас останавливаются? Всего-то и нужно мне пяток землянок поставить до снега. Длинных, правда - саженей под двадцать косых, и не близко - слыхал, где казенный завод поставили недавно?
- Дык, барин, далёко выходит... верст чуть не пятнадцать. И мужички-то в поле сейчас.
- Так мне, Федя, не к спеху. До конца года[20] управитесь - уже хорошо. Да, еще бы одного-двух мальцов потом к делу приставить - за очагом следить. Не просто так приставить, за копейку в седмицу.
- Так, Олег Тимофеич, обнищали совсем. Уж и за лопатами чуть не в самую Москву ездим. Оковка-то, она деньгу...
- Федор. НЕ. ЗЛИ. МЕНЯ. Под работу могу десяток лопат с завода выдать, без отдачи. Не целиком лопат, а железок для них. И топоров дам... пяток. Так что собирай сход, Федя. Кому надобен товар железный добрый - уж найдут время, работу справить.
Деревенский сход - это, в самом начале, та-а-кой базар-вокзал... Впрочем, сговориться удалось быстро. Стоило показать цельножелезные лопаты, и пообещать нанять соседей. Вроде как спонсорством выглядит, но мне нужна популяризация собственного товара в народе. А уж в 'моей' деревне - просто всё должно быть лучшим. Пусть соседские завидуют, крестьяне - инструменту, а помещики - урожаю и производительности. Пообещал еще и лавку открыть - всякие гвозди-ножи-орала неплохо должны пойти.
Собственно опытный 'селитряный сарай' представлялся мне длинной землянкой с подогревом пола горячим воздухом. Воздухопроводы из глиняных труб, с нагревом от примитивной глиняной печи, умеренная циркуляция воздуха, гидро- и теплоизоляция пола. Всё, чего я хотел добиться на первом этапе - активизировать процесс выработки селитры в холодное время. Мне неизвестны оптимальные условия переработки, но и общих соображений и знаний из школьного курса биологии хватило. Требования по температуре - 'чтоб вода не замерзала' в первой группе землянок, и 'в одной рубахе не холодно' во второй. Впрочем, просуществовала эта система недолго - лет пять всего. Потом перешли просто к укладке смеси навоза, извести и золы от топок мельничных приводов под навесы, с добавкой 'зрелой' массы из старых куч, без отопления. Селитра зрела медленнее, но при постоянной закладке новых куч, длина цикла переработки уже была не так важна, как такт выпуска.
Более-менее разрулив вопрос со скоростью восполнения пороховых запасов, решил заняться бумагой. При дульнозарядных пищалях это важный военный ресурс, радикально влияющий на скорострельность. Бумажный патрон - изобретение гениальное в своей простоте. Но бумага у нас в основном завозная. Белая почти как снег, довольно прочная, но весьма и весьма дорогая. Есть и своя - но в малом количестве и ненамного дешевле. Начал, естественно, с разглядывания 'под мысленным микроскопом' продукции конкурентов - помедитировал, изучая структуру и состав русских и завозных образцов. По результатам - ржал... недолго.
Нет, из тех обрывков информации, что остались после слияния Олега и 'вселенца', я знал об отбеливающих добавках в бумажную массу. Но чтобы в 16 веке чуть ли не треть веса листа составляли мел и клей... Видимо, серьёзное химическое отбеливание оказалось не по карману производителю - волокно очень мало отличается от того, что я получил из проваренного со щелоком тряпья. Ну, не совсем со щелоком - птичий помет использовал, с которым здесь и стирают, в основном. Ладно, наезжать на иноземцев глупо, пока сам не сделал хоть что-то подобное - а желательно, лучше.
