— Судя по всему, не так уж тяжко вам пришлось. Вы ушли отсюда с аккуратно завязанным галстуком, задрав нос, и вернулись точно таким же. За это время вы успели досадить нескольким важным персонам и до полусмерти напугать других. Вы нарушили все существующие законы, и теперь мне приходится прикрывать ваши преступления — одному богу ведомо какими способами.
— И вовсе не все законы,— возразил Рэйвен.— До некоторых я пока не добрался. Мне еще предстоит перегнать десяток галлонов самогона где-нибудь в отдаленных холмах. Но хотел бы я знать — вы действительно меня прикрываете? Лунный патруль пустился за мной в погоню, несмотря на то что я был на курьерском корабле.
— На похищенном. — Карсон угрюмо кивнул в сторону толстой пачки бумаг на столе.— Вы совершаете преступления быстрее, чем я пытаюсь их скрыть. Сейчас я как раз пытаюсь замять историю с курьерским кораблем. Но не беспокойтесь. Все это — исключительно мои проблемы. Некоторые, похоже, считают, что именно за это мне и платят. Так что я найду способ превратить бесстыдную кражу в официально разрешенное заимствование.
Карсон уныло потер подбородок.
— И посмейте только сказать, что при посадке вы разнесли корабль вдребезги. Где вы его оставили?
Рэйвен рассказал.
— Я бы доставил его прямо в космопорт,— добавил он,— но копы пытались сесть мне на хвост. Они гнались за мной так, будто я разыскиваемый преступник. В последнее время за мной и так уже слишком много гоняются. Я сыт этим по горло.
— Я прикажу пилоту забрать корабль и доставить в космопорт.— Карсон отодвинул бумаги,— Сплошные неприятности на мою голову.
— Чтобы добраться сюда с Венеры, нужно время, даже на сверхбыстром курьерском катере,— заметил Рэйвен.— Поэтому я слегка отстал от жизни. Что произошло? Какие неприятности?
— На прошлой неделе,— поведал Карсон,— мы убили двоих, пытавшихся взорвать имеющий важное значение мост. Оба оказались уроженцами Марса. На следующий день взлетела на воздух энергостанция, из-за чего десять городов погрузились в темноту и остановилось производство на площади в сто квадратных миль. В субботу мы обнаружили хитроумное взрывное устройство, заложенное в основание плотины, и едва успели его обезвредить. Если бы оно взорвалось, произошла бы крупная катастрофа.
— Значит...
— С другой стороны,— продолжал Карсон, не обратив внимания на попытку Рэйвена вставить словцо,— ученые сообщают, что взрыв на «Бакстере» почти наверняка был обычным несчастным случаем. Они утверждают, что при определенных, исключительных и непредсказуемых, условиях топливо может стать крайне нестабильным, и заявляют, что уже нашли средство, как такое предотвратить.
— Очень интересно.
Карсон раздраженно отмахнулся.
— Столь авторитетные доклады я получаю крайне редко, и, пока мне не представили соответственный доклад, приходится
считать любой несчастный случай вероятной диверсией. Это постоянная помеха — то, что мы неспособны отличить человеческую ошибку от саботажа. Мы даже не можем избавиться от подозреваемых. У нас под арестом до сих пор восемь подозреваемых, взятых на той подземной свалке. Все они — мутанты с Марса и Венеры. Будь моя юля, я бы их депортировал и запретил возвращаться, но этого я сделать не могу. С точки зрения закона все они — земляне, понимаете?
— Да, это проблема.
Рэйвен подался к Карсону через стол.
— Вы хотите сказать, что война продолжается до сих пор?
— Нет, я бы так не сказал. Она, несомненно, продолжалась до конца минувшей недели, но, похоже, теперь завершилась.
Карсон окинул Рэйвена изучающим взглядом.
— Позавчера Герата сообщил, что наши проблемы закончились. Никаких происшествий с тех пор не было. Не знаю, что вы именно сделали и каким образом, но результат налицо — если Герата говорит правду.
— Вы что-нибудь слышали о человеке по имени Торстерн?
— Слышал.— Карсон беспокойно шевельнулся в кресле,— В течение долгого времени агенты разведки крутились вокруг Уолленкотта, которого считали лидером венерианских мятежников. В конце концов двое агентов доложили, что именно Торстерн — реальный предводитель движения, но найти убедительных доказательств тому не удается. Похоже, Торстерн надежно упакован в несколько слоев легальности, и никто не в состоянии ничего доказать, пока он сам не решит сбросить маску.
— Это все?
— Нет,— нехотя признал Карсон, явно не желая развивать тему.— Герата утверждает, что Торстерн пытался с ним спорить.
— Вот как? Он не говорил, о чем именно? Не сообщал никаких подробностей?
— По словам Герата, он усомнился в том, что Торстерн действительно тот, за кого себя выдает,— а именно человек, способный положить конец венерианской непримиримости. Торстерн в ответ предложил это доказать.
— Как?
— Устранив Уолленкотта — только и всего.
Карсон щелкнул пальцами. Немного помолчал, потом со вздохом продолжил:
— Их разговор состоялся позавчера. Сегодня утром мы получили сообщение с Венеры о том, что Уолленкотг вывалился из антиграва и разбился насмерть.
— Гм! — Рэйвен представил себе удар, почти услышал хруст костей.— Неплохой способ избавиться от преданного слуги, не так ли?
