— Кейдер,— повторил Карсон, делая пометки в невидимом блокноте.— Я сверюсь с данными разведки. Даже если он законный землянин, он должен фигурировать в базе разведки как уроженец Венеры.
Закончив писать, он поднял глаза.
— Ладно. Можете воспользоваться этим вертолетом, если нужно. Еще что-нибудь?
— Один плодородный астероид для меня лично.
— Когда мы завладеем несколькими сотнями астероидов, я зарезервирую один для вас,— без тени улыбки пообещал Карсон,— Судя по нынешним темпам экспансии, он будет готов к заселению через сотню лет после вашей смерти.
Протянув руку, он повернул какой-то рычажок. Экран погас.
Некоторое время Рэйвен сидел с отсутствующим видом; на его худом лице застыло слегка озадаченное выражение.
«Через сто лет после вашей смерти»,— сказал Карсон. Подобная дата не имела никакого смысла. Несуществующая точка во времени. Есть те, к кому не может прийти темный ангел. Есть те, кто не может погибнуть от человеческой руки.
— От человеческой руки, Дэвид,— ворвалась в его размышления мысль находившейся в доме Лейны.— Помни об этом! Всегда!
— О таком невозможно забыть,— ответил он.
— Может быть — но, в любом случае, никогда об этом не забывай.
— Почему бы мне и не забыть? Нас тут двое: ты — для того, чтобы помнить, а я — для того, чтобы заниматься своими делами. Забывчивость вполне простительна.
Она не ответила — да и что она могла сказать? Лейна добровольно согласилась сотрудничать с ним и должна была всегда помнить о своем согласии, даже если об этом не упоминалось.
Лейна не боялась ни человека, ни зверя, ни света, ни тьмы, ни жизни, ни смерти. Тревогу ей внушало лишь одно: она боялась одиночества, ужасного, жгучего одиночества существа, оставшегося единственным во всем мире.
С трудом выбравшись из тесной кабины, Рэйвен потопал, разминая ноги, и выбросил Лейну из головы. Не стоило пытаться проявлять сочувствие к высшему разуму, столь же могущественному, как его собственный.
Четверо людей, ожидавших его снаружи, подошли ближе.
— Доставьте меня по этому адресу,— сказал Рэйвен пилоту.— Я хотел бы оказаться там вскоре после захода солнца.
Кейдер вернулся домой, когда уже сгущались сумерки, и посадил свой спортивный летательный аппарат на заднем дворе. Двое помощников загнали его в небольшой ангар, заперли дверь и вместе с Кейдером направились к дому.
— Опять поздно,— проворчал он.— Копы сегодня что-то нервничают. Меня три раза останавливали. «Ваши права, будьте любезны? Ваше пилотское удостоверение? Ваш летный сертификат?»
Он презрительно фыркнул.
— Интересно, почему они не попросили показать мои родимые пятна?
— Видимо, что-то случилось,— предположил один из помощников.— Хотя по спектровидению ничего не показывали.
— Такое редко показывают,— заметил второй.— Прошло три недели, а они так и не признали, что то нападение...
— Тихо! — Кейдер сильно ткнул его локтем в бок.— Сколько раз говорить — держи язык за зубами!
Он остановился на пороге с ключом в руке и окинул взглядом край неба в тщетной надежде увидеть белую звездочку, столь редко попадавшуюся на глаза. Привычка была совершенно бесполезной, поскольку он знал, что до раннего утра Венера не появится. На противоположной стороне, на полпути к зениту, горела ярко-красная звезда. На нее Кейдер не обратил внимания — Марс был союзником, и только. Он считал марсиан приспособленцами, которым хватило ума перейти на сторону Венеры.
Открыв дверь, он вошел внутрь и погрел руки у термопанели.
— Что на обед?
— Венерианская утка с жареным миндалем и...
Громко прозвучал дверной звонок. Кейдер резко повернулся, бросив взгляд на того помощника, что был повыше.
— Кто это?
Помощник посмотрел на дверь, мысленно глядя сквозь нее.
— Некто по имени Дэвид Рэйвен.
Кейдер сел.
— Ты уверен?
— Так говорят его мысли.
— Что еще?
— Больше ничего. Только то, что его зовут Дэвид Рэйвен. Остальное — чисто.
— Задержи его немного, а потом впусти.
Подойдя к огромному столу, Кейдер поспешно выдвинул ящик, достал маленькую узорчатую шкатулку из венерианского болотного дерева и открыл крышку. Внутри была толстая подушечка из розоватых листьев, смешанных с сухими шипастыми цветами. В центре подушечки лежало нечто, напоминавшее щепотку обычной соли. Кейдер издал чирикающий звук, и крошечные блестящие зернышки тут же зашевелились и забегали.
— Он знает, что вы нарочно заставляете его ждать, и знает почему,— заметил высокий помощник, с плохо скрываемой тревогой глядя на шкатулку.— Он в точности знает, что вы делаете и что у вас на уме. Он способен читать все ваши мысли.
— Пусть. Что он сможет предпринять?
Кейдер толкнул шкатулку по столу в сторону стула напротив. Несколько сверкающих точек выскочили из коробочки и затанцевали по комнате.
— Ты чересчур беспокоишься, Сантиль. Все вы, телепаты, похожи друг на друга — одержимы навязчивой идеей об опасности открытых другим мыслей.
Кейдер снова чирикнул, странно скривив губы, еле слышно свистнул сквозь передние зубы, и очередные живые крупинки разбежались по комнате.
— Впусти его.
