Лодин проговорил, окидывая взглядом гигантские просторы, залитые водой и поросшие рогозом:
– Не ревнуешь?
Я покосилась на него.
– Кого?
– Хороший вопрос, – усмехнулся он, потом добавил: – Ну не Яна же. Не пытайся скрыть, я все вижу. У меня глаз на такое наметан.
– Не говори ерунды, – прошипела я, косясь на подмирцев, которые по одному стали открывать дверцы. – Клаус такой же, как и все здешние, только зуб на меня точит за что-то.
– Зуб? – удивился Лодин. – По-моему, ты кое чего не понимаешь. Но все равно, имей ввиду, не забывай, зачем мы здесь.
Я непонимающе покосилась на него и спросила:
– Что? Да о чем ты вообще?
Но Лодин промолчал, лишь ухмыльнулся, покачав головой.
Когда остальные вышли из машины и приблизились, озадаченно глазея по сторонам, я прошла чуть вперед. Если забыть о костюмах, «Инквизито», огнекрылых и цветке вечности, из-за которого весь переполох, здесь довольно красиво.
Пока ехали, небо затянулось тучами, но не дождевыми, а какие бывают в пасмурный летний день, принося лишь прохладу и умиротворение. Куда ни глянь, всюду осока и рогоз. Там, где его нет, блести черная, как деготь, вода. Где-то пищит кулик, иногда крякает утка, время от времени из далека доносится протяжное кваканье. Легкий ветерок сдувает комаров, и они не успевают сесть на кожу. А в моем случае, козявки моментально превратились бы в сгоревшие комочки.
На секунду закрыла глаза, и представила, что я дома, недалеко от границы с Нижним поречьем, там как раз очень похожее место. Такие же плавни с куликами и цаплями, и лодки, с которых местные ловят сомов.
Внезапно так захотелось домой, что в груди заныло, загудело, как заряженный сердечник. Даже огнекрылый демон уже не кажется таким пугающим после знакомства с подмирцами и их жуткой магией.
Я глубоко вдохнула, стараясь удержать истерику. В этот же момент нос ворвался сладостный запах.
Вытаращив глаза, я прокричала:
– Цветок!
Все метнулись ко мне. Стихии стали принюхиваться, закрывать глаза, причмокивать, наслаждаясь ароматом, от которого меркнет сознание, хочется забыть обо всем и лишь вдыхать.
– Вы чувствуете? – спросила я. – Словно боги ласкают душу.
– О, да, – протянула Гленна низким голосом. – О, да…
Дайна произнесла мягко, наклонив голову влево:
– Он идет откуда-то из-под воды.
Лодин даже оглянулся на нее, пару секунд смотрел, словно решает, шутит она или нет, потом покачал головой.
– Тебе кажется, – произнес он. – Аромат струится сверху. Где воздух чист и прозрачен, как слеза младенца.
– Да что вы мелете, – вмешалась Гленна. – Какой воздух? Какая вода? Обалдели что ли? Ежу понятно, пахнет с острова, я точно знаю, я же земля. Я могу это учуять.
Мой же нос говорит, что запах цветка вечности пробивается сквозь завесу дыма, становясь при этом еще более сладким и дурманящим. Но мысли, на удивление, стали яснее.
Я откинула назад беспокойный локон и проговорила, рассуждая:
– Похоже, мы чувствуем то, что можем. Где именно находится цветок – не понятно, но ясно одно. Он где-то там.
Я указала вперед, на бесконечный простор зарослей рогоза и осоки, которые утопают в воде, охраняя секреты, которые, скорее всего, никто не узнает.
Пока мы таращились, подошел Клаус с бутылью воды, или того, что выглядело, как вода. Он остановился так близко, что ощутила тепло его тела и хотела отшагнуть, но в последний момент передумала.
Быстро отхлебнув, Клаус произнес, тоже устремив взгляд вдаль:
– Не хочу прерывать ваших, без сомнения, важных бесед. Но, если не забыли, за нами погоня.
– Мы помним, – отозвалась я, все еще вдыхая запах.
Я изо всех сил старалась скрыть трепет, охвативший не только из-за цветка, который теперь ровный, четкий, больше не пытается исчезнуть и раствориться, как утренняя греза. Но в груди, время от времени, ухает и дыхание перехватывает.
Шумно сглотнув, я спросила:
– Что это за место? Почему здесь?
Клаус пожал плечами.
– Кто знает, – сказал он. – Если Айскленд ведьмина столица, основанная древними амазонками, то почему не поместить точку сборки сюда? Сейчас здесь плавни, но в стародавние времена тут было устье полноводной реки в пять километров шириной. По ней ходили галеры, груженые золотом и сокровищами.
Лодин хмыкнул и произнес:
– Значит, когда-то подмирцы все же имели достойную меру торговли?
– Имели, – согласился Клаус, кивая. – Говорят, здесь, под слоем ила, среди балок еще можно найти останки этих галер и сокровища. Может, они и правда тут, но соваться в эти топи мало кто рискнет. Сгинуть здесь проще простого, а шансов найти что-то ценное – один на миллион.
Ветерок со стороны плавней усилился, запах цветка заполнил все вокруг, проник в легкие и каждую часть организма. Я голодно сглотнула и произнесла:
– Но нам придется туда пойти.
– Я так и думал, – сказал Клаус. – Поэтому подготовился.
Он кивнул назад. Когда оглянулась, увидела Фила, тянущего целую охапку огромных сапогов из зеленого материала. Пока хакер пыжился, а остальные стихии были заняты вкушением невообразимого аромата цветка, я тихо спросила Клауса:
– Почему ты нам помогаешь?
