Досточтимый сеньор! - слегка шепелявя начал он, - не примете ли вы, благородную даму в спутницы до Гранады, ибо эти люди поведали, что вы едете туда.
Скучающему герцогу компания была просто необходима, тем более его очень интересовала незнакомка, напоминавшая кого-то знакомого. Поэтому герцог согласился. Тогда монах побежал к женщине и быстро начал ей говорить что-то показывая на карету. Дама внимательно посмотрела на карету, но никаких гербов не увидела и отрицательно покачала головой. Тогда монах пригласил одного из рабочих, который клятвенно заявил, что его господин важный вельможа и испанский гранд и что высокородных дам не обижает. Слушая грузчика женщина еле сдерживалась что бы не рассмеяться. Сомерсету даже из кареты было видно как сжимает он губы и прикрывает глаза. Наконец она решилась. Важно кивнув рабочему и слегка подобрав подол платья, дама направилась в сторону кареты.
Когда женщина оказалась совсем рядом с каретой герцог рассмотрел, что она приподнимала платье вовсе не потому, что не хотела запачкать подол в придорожной пыли, а лишь для того, чтобы скрыть выпирающий живот. Женщина была в тяжести. Увидев это герцог вылез из кареты и любезно подал даме руку, чтобы помочь забраться внутрь. Но дама едва коснувшись его локтя пальцами легко впорхнула в карету, сразу присев на противоположную от Сомерсета скамью. Герцог тоже сел и тут в полумраке он вдруг узнал незнакомку, перед ним было "французское чудо" - супруга герцога Лианкура, с которой он так долго гулял после приема турецкий послов и которой хотел бы отдать свое сердце.
Какими судьбами, герцогиня! - воскликнул он, - Вы, на этом маленьком нео из Африки!
Тише, милорд! - герцогиня приложила палец к губам, - Для всех я испанская донья. Не выдавайте меня, хотя бы в память нашей милой беседы в Рюэле. Тут я не по своей воле и вынесла я столько, что сейчас мечтаю только о покое. Поэтому помогите мне добраться до Гранады, где я поищу приют в каком-нибудь монастыре. До родов, разумеется.
Зачем вам, сударыня, искать приют в монастыре? - с иронией сказал Сомерсет, - сейчас пустует Альгамбра, а у меня есть дозволение гулять по этой прекрасной резиденции. Если вы не боитесь призраков, то вполне можете поселиться в Башне Принцесс. И там же произвести на свет потомство. Я, лично, очень даже рад, что мой милейший враг стал рогоносцем!
Ну, - улыбнулась Ядвига, - раз уж он стал бесплодным по вашей воле…
То пусть еще и рогами ветвистыми обзаведется, - перебил полячку герцог, - до Гранады я не буду расспрашивать вас ни о чем, но вот потом я осмелюсь задать вам несколько вопросов.
Только после того как я вымоюсь и высплюсь! - улыбнулась герцогиня.
Один из испанских осведомителей кардинала стоял перед Рошфором.
Так кто же передал вам, сударь, этот пакет, - строго спросил виконт.
Служанка. Маленькая такая испанка. Сказала, что это от госпожи ее, доньи Изабеллы. И еще добавила, что пакет передать либо герцогу Лианкуру, либо вам. Ну, а поскольку их светлости дома не оказалось, то я поспешил сюда, ибо так и так должен был с вами увидеться.
Рошфор внимательно посмотрел на исписанные шифром листки.
Вы свободны, - бросил он осведомителю, а сам, накинув плащ поспешил на задний двор, где его ждал запряженный экипаж для поездки в Рюэль.
Ришелье насмешливо смотрел на лежавшие перед ним зашифрованные листки и уже расшифрованные письма.
Ну, виконт, это просто чудо! - обратился кардинал к Рошфору.
Да, монсеньор, ведь герцогиню Лианкур уже пол года как считали погибшей! - отозвался тот.
Вот только почему она не возвращается из Испании. Это мне не нравится, - и грозный премьер-министр нахмурился.
Может и есть на то какие-то важные причины, - ответил Рошфор, - Герцогиня не промах, если смогла выжить там, где погибла вся экспедиция. Значит, какие-то неизвестные нам обстоятельства заставляют ее оставаться в Испании.
Может быть и то, что ехать оттуда во Францию чрезвычайно затруднительно, - усмехнулся кардинал, - но мне очень любопытно узнать ради какой великой цели она так подзадержалась в Гранаде.
Будем надеяться, монсеньор, что герцогиня Лианкур сама расскажет нам об этом, - отозвался Рошфор.