Частный человек полностью

Между прочим, дуэли между Мартыновым и Лермонтовым не было. Было заказное убийство, потому что пуля вонзилась русскому поэту под левую лопатку, прошла под углом в 30 градусов и вылетела с правой стороны из-под нижнего ребра. О таком любопытном ранении автор почему-то умалчивает. Ему легче оставить метку на памяти великого русского поэта и дело с концом. А это уже попахивает заказными материалами от жидомасонского правительства. Видите, сколько журналисту приходится переносить?!

Думаю, я достаточно полно представил читателю автора и любой, прочитав её, согласится со мной, что время потрачено не зря. А это и требуется от нашего творчества.

Сотник казачьего полка им. Св. воина Евгения Родионова,

Член Правления МГО СП РФ

Александр Холин

Тимур Султанович Шаов: «Критик»

Эта книга родилась от борьбы лени с жадностью. Но не от сырости. Лень и жадность — маршевые двигатели прогресса, а сырость ведёт к застою и деградации.

Всё началось с того, что 1 апреля (что показательно) 2011 года я уволился из журнала «Деньги» ИД «Коммерсантъ», где ранее отработал пять лет. С октября того же года мне предложили должность обозревателя отдела экономики газеты «Московский комсомолец» (МК). Нагрузка на журналистов в ежедневной газете довольно большая; газета — не журнал[1]. Приходилось откладывать иные дела в долгий ящик. А у меня бизнес: крохотная, но своя компания по грузоперевозкам. Как известно, в бизнесе время — деньги. Отложил на день — потерял год, а то и больше. К тому же, писательством заниматься хотелось. К литературной деятельности я отношусь весьма серьёзно.

Работать, чтобы терять деньги показалось мне затеей романтичной, но довольно глупой. После долгой и упорной борьбы с самим собой, лень всё же одолела жадность: я решил, что без помощников не обойтись. Они были и раньше; даже получали заработанные дивиденды. Но по ряду причин они меня не устраивали. А кризис не позволял платить им так, чтобы требовать эффективной работы в обмен на одни лишь деньги. Нужно было найти кого-то ещё и на иных условиях. Понимаю, что я — прекрасный и замечательный. И давно удивляюсь несовершенству мира: люди — подумать только! — общаются со мной без десяти предварительных простираний ниц или хотя бы почтительных поясных поклонов. Кошмар! Тем не менее мне нужно было предложить будущим помощникам что-то кроме денег. Подумав, понял, что такой товар у меня есть: умение писать заметки. Так родилась Команда, она же «полк мушкетёрок». А также Фабрика текстов и женская масонская ложа[2] «Семи-цветье Востока» (последнее — великая и стра-а-а-ашная тайна).

Команда — это группа молодых журналисток, искренне ненавидящих старого толстого крокодила, то есть меня, но, тем не менее, иногда из простого женского любопытства прислушивающихся к его занудным речам.

В начале декабря 2011 года на альтернативном студенческом форуме факультета журналистики МГУ появилось моё объявление: «Работа для голодных студентов». В нём было сказано сразу и честно: «Я — частное лицо, у которого есть возможности, но категорически не хватает рук». Откликнулось 15 человек, в основном девушек. В Команде традиционная дискриминация в пользу женщин[3]. Ими легче управлять, да и информацию на себя и других они дают охотнее. Ещё это позволяет мне тешить старческий эротизм: будучи хромым гнилозубым Квазимодо в летах, я умудряюсь общаться с молодыми красавицами. В московской журналистской тусовке утвердился миф о «гареме[4] Чувиляева». Эта байка существует и процветает при моей поддержке.

Через пару ступеней естественного отбора в Команде осталось трое. Заметки участниц Команды публикуются в 15 ведущих бумажных СМИ. За прошедшие два года:

— Две участницы в возрасте 19–20 лет стали членами Союза журналистов России. Одна не захотела вступать.