Менеджер по продажам ценных бумаг на грани увольнения. Ему срочно нужно найти инвестора. Совсем отчаявшись, продавец заверяет клиента, что готов дать руку на отсечение, что цены на акции взлетят. При заключении сделки инвестор дарит наручные часы. Когда начинаются торги, крепеж на ремешке блокируется и стальные тиски на запястье сжимаются по мере падения биржевых котировок.
Максим обнаружил, что снова жует губы. Идиотская привычка. Они и так уже вспухли и приобрели неестественно алый оттенок, будто накрашены, а Максим, только и знай себе, продолжает их терзать. Все это нервы… Что подумает клиент, когда увидит, что его новый финансовый советник — инфантильный идиот с обветренными и покусанными губами? Клиент точно откажется с ним работать. «Вылечу из компании, на хрен. Всего день до дедлайна остался», — думал Максим, нервно расхаживая по переговорке и каждые несколько секунд поглядывая на часы.
Он провел рукой по взмокшим волосам. За спиной кто-то кашлянул. Максим вздрогнул и обернулся: на пороге стоял плотный лысый мужчина в дорогом костюме.
— Добрый день. Вы Максим? Я Иван Петрович, мы договаривались о встрече.
К Максиму не сразу вернулся дар речи. В горле пересохло и он понимал, что если не сделает глоток, то вместо нормального приветствия получится душераздирающий хрип. Он кивнул клиенту, дрожащими руками налил воды, звонко ударив по стакану горлышком бутылки, и залпом выпил.
— Рад знакомству, Иван Петрович, садитесь, пожалуйста.
Гость покосился на мятого вида менеджера, но прошел в переговорку и сел в кресло напротив.
— Итак, вас интересуют акции The Worthless Piece of Shit Company, все верно? — начал Максим.
— Нет, это
Максим кивнул с видом доктора экономических наук:
— Да, Иван Петрович. Мы глубоко залезли… исследовали рынок унитазов и фиксируем кратный рост спроса на эти изделия после скандала с The Spoiled Meal Company, которая неожиданно для всех начала поставлять испорченные продукты питания в основные торговые сети. У Worthless Piece of Shit были большие запасы унитазов на складах и эксклюзивные контракты на поставки продукции по сниженным ценам. Завтра у компании выходит квартальный отчет, в котором будет отражена прибыль. Акции надо покупать сегодня. Завтра они будут стоить в разы дороже.
— Вы уверены?
— Не хотелось бы это говорить, но… то, что я сейчас скажу, останется между нами, окей?
— Конечно, — ответил гость, подавшись вперед и приготовившись слушать.
— Наш бухгалтер оказалась знакома с бухгалтером из Worthless Piece of Shit. Просто совпадение, не более: они вместе учились на экономе в МГУ.
— Использование инсайдерской информации для торговли на бирже? — сурово сдвинул брови клиент.
— Ну что вы… — примирительно начал Максим и на всякий случай стал говорить тише, — просто дружеский совет от однокурсницы.
Клиент надолго задумался. Максим был опытным менеджером, поэтому знал, когда молчание работает лучше любых слов. И он молчал до последнего.
— Ну, не знаю, Максим. Я столько раз сливал деньги на этом вашем фондовом рынке. Уговаривали такие же, как вы. И говорили не менее красиво. И были инвестиционные идеи покруче этих ваших… унитазов. Кстати, в вашей же компании я потерял, по-моему, триста тысяч долларов. Тогда была идея… что-то связанное с ершиками. Ну, вы сами можете посмотреть по отчетам.
— Иван Петрович, вы со мной лично работали?
— Пока нет. Не знаю, к сожалению или к счастью…
— Многое зависит от менеджера. Было бы огромной глупостью с моей стороны сразу облажаться вместо того, чтобы начать взаимовыгодное сотрудничество на долгие годы. Это железобетонная сделка, Иван Петрович! Готов дать руку на отсечение! — распалился Максим.
— Ну, полно-полно, я верю в вашу искренность, — осадил Иван Петрович, — насколько я помню, счет в вашей компании у меня открыт. Все верно?
— Счет открыт, — коротко ответил Максим и сглотнул.
— Квартальный отчет выходит завтра, и котировки взлетят тоже завтра. Я правильно понимаю?
— Да.
— Сто тысяч долларов хватит?
— Иван Петрович, такие сделки бывают раз в несколько лет.
— Ну, хорошо… давайте пятьсот. Стало быть, перевод нужно сделать сегодня?
— Да, сейчас. Может, чаю?
— Пожалуй. Я пока позвоню в банк и закажу перевод.
Максим спустился на 38 этаж и направился в небольшой душный колл-центр, где он проводил большую часть жизни. За дверью кто-то орал. Максим дернул за ручку и вошел внутрь, встреченный взрывом хохота: раскрасневшийся Славик травил очередную глупую байку, но тут же переключился на Максима:
— Машунь, принеси чашечку кофе, пожалуйста.
Максим молча подошел к своему столу, сел в кресло и принялся забивать данные в компьютер.
— М-м-машуня, — снова хихикнул Славик, ехидно поглядывая то на Максима, то на остальных. Он придумал эту шутку еще две недели назад. Тогда Олег отругал Максима, что нет продаж. «На хрен мне вторая секретарша, которая ничего не продает, Макс? У меня уже есть Маша, ты-то мне зачем? А?», — кричал Олег. Славик был впечатлен, а мысль о том, что имена Макс и Маша одинаково начинаются, и вовсе приводила в восторг. — М-м-машуня… Машунечка, не расслышала что-ли?
Молчание.
