Но Рэна говорила разумные вещи. Нельзя было пускать ситуацию на самотёк. Самое невыносимое из всех возможных решений — сидеть сложа руки и не делать ничего. Добровольно ждать, пока чудовища возьмут своё, пока «они» возьмут своё.
Такой исход претил Оле до глубины души, и, будь она менее задолбанной и затравленной после всех злоключений этих месяцев, ей бы и самой в голову не пришло сдаться.
Нужно было искать выход.
Почему-то вспомнилась Марина. Не та Марина, что умирала на полу Женькиной спальни, а та, которую Оля недавно видела во сне. Лёгкая, воздушная, с прохладными руками и знакомыми тревожными глазами. Приторный запах винограда, что исходил от неё. И последние слова: просыпайся. Ты ещё можешь всё изменить. А я помогу, как всегда помогала.
Интересно, это всё-таки был глюк? Или призрак Марины действительно существовал в этом мире в какой-то неясной форме? После чудовищ и вещих снов Оля ничему бы уже не удивилась.
Она перевела взгляд на листы, которые всё ещё в беспорядке валялись на диване. Марина ведь их имела в виду? Дневник с подсказками? С историей о «них», о том, как она общалась с «ними» на заре создания группировки? Как узнала важные вещи?
Оля снова выудила из нагромождения бумаг последний лист. Рэна выжидающе смотрела на неё.
Краткие тезисы, выжимка из всего полезного, что было в дневнике: некоторые чудовища не могут существовать вне человеческих тел и погибают, если окажутся внутри невидящего. Тот, кто сможет избавиться от одержимости, получит иммунитет — чёрт, а ведь о таким никто из них даже не подозревал!
И сила. Сила, которую получает каждый симбионт. Сила, что появляется сразу, ещё до трёх дней метаморфоз. У Фролова — подчинять других, у Женьки — стирать воспоминания.
Сила Гоши не действовала на тех, кто мог видеть. Сила Женьки сработала на неё — но, видимо, не до конца, раз Оля смогла вспомнить.
Что это ей давало?
Она ещё раз прокрутила в голове события сегодняшнего утра. Пробуждение, внезапное осознание, попытки понять, что случилось… Чудовище в окне. Смутные воспоминания о моменте, когда Оля начала их видеть — давно, ещё в октябре.
Что это ей давало?
Мысль вертелась в голове, ускользая, и ухватить её за хвост никак не получалось.
Выходит, миг, в который она начала видеть чудовищ, остался в её памяти. Этот момент никто не стирал — наверное, Женька просто не догадался. Или не смог. В конце концов, не факт, что он как следует контролирует себя и свою силу.
Что это ей давало?
Что будет, если отменить самое первое воспоминание? Тот миг, когда она впервые увидела? Что это даст? Останется ли всё как есть — или вместе с памятью уйдут и демоны? Она снова станет нормальной? Невидящей?
Вряд ли ему могло прийти в голову такое решение. Он-то видит их с рождения и даже не задумывался о том, что чёртову способность можно… отменить.
«Эта штука» не может существовать вне тела человека. Причём видящего человека. Единственный способ избавить от неё Женьку — пересадить в другого видящего. А единственный способ убить её — пересадить в невидящего.
Олю осенило.
— Рэна, — быстро произнесла она, рывком вскакивая с дивана, — Рэна, скажи. Можно узнать адрес человека, если ты в курсе, где он учится и как его зовут?
Девушка моргнула. Вопрос явно застал её врасплох.
— Э… в теории, можно. Если фамилия есть в телефонной базе.
— Они живут на съёме, отпадает, — резко перебила Оля. — Ещё варианты?
— Разве что через знакомых, — протянула она. — А что? Ты, похоже, таки решила действовать?
Оля кивнула, погрузившись в размышления. Знакомые. Знакомые, знакомые… кажется, с кем-то из них она уже имела дело.
Точно! Мальчик из Женькиной параллели! Тот, которому она так и не написала, решив не палить контору лишний раз! Сейчас, когда всё стало понятно, о конспирации думать уже не приходилось.
Её ничего не останавливало.
— Спасибо, Рэна, ты гений, — искренне произнесла Оля. — И за то, что пнула и заставила решиться… тоже спасибо.
Девушка рассмеялась и вполглаза глянула на неё.
— Всегда пожалуйста! Считай это новогодним подарком. Видишь, говорила же, что хорошие идеи всегда приходят, когда решаешься. Наверное, это и есть чудеса.
Оля кивнула ещё раз и отложила листы. Чудеса или чудовища — уже неважно. Она знала, что делать.
Знала, как убить всех зайцев одним махом, отменить судьбу, вернуть всё на круги своя. Знала, что и как делать, чтобы никто больше не погиб. И не исчез. И не превратился в монстра.
Хватит с неё бестолковой жертвенности, хватит историй, где кто-нибудь обязательно должен умереть в конце во имя спасения остальных: то Игорь, то Марина, то ещё кто. Хватит. Она спасёт их обоих, и себя, и Женьку, чего бы ей это ни стоило. Пусть даже воспоминаний. Пусть даже способности.
Если Новый год ни при чём, и сегодняшний день принадлежит не чудесам, а чудовищам…
Значит, чудеса она создаст сама.
========== Глава 39. Гори огнём ==========
— Бенгальские огни, пожалуйста, — произнесла Оля, заглядывая в окошко киоска.
