Откуда ты взялся — черный, кудлатый,Неимоверно славный пес?Жил ты бедно или богато,Где ты воспитывался и рос?На мои вопросы не отвечая,Ты только помахиваешь хвостом.В безлюдном кафе, за чашкой чая,Я раздумываю о житье твоем.Как человек, я тебя жалею,Общепринята жалость к бездомным псам.За окном — черноморский ветер веетИ волны подкатываются к берегам.Об этом подумал я не сразу,Но вдруг предо мною встал вопрос:Возможен ведь, правда, эдакий казус,Что ты жалеешь меня, как пес.И вот мы сидим — родные до боли,Один — за столом, другой — под столом,Я о твоей вздыхаю доле,Ты — о житье-бытье моем.
1915
Сухуми
<p>«Не думай, друг, что лучшие плоды…»</p>Не думай, друг, что лучшие плодыВсегда сладки. Не так проста природа.Прими же терпкий плод. Узнай, что есть сады,Где хина иногда бывает лучше меда.Не только сахарные груши хороши,Возьми лимон, айву, кусты рябины.Скажу по правде: горечь для души —Немеркнущие краски для картины.Пока есть в мире хоть один калекаИ кто-то горько плачет в шалаше,О, сможем ли назвать мы человекомТого, кто горечи не чувствует в душе!
1915
Царское Село
<p>У окна вагона</p>Я вижу выцветшие лица,Я слышу каждый вздох и шагБредущих длинной вереницей,Не помнящих родства бродяг.Под крик и плач грудных младенцевИ причитанье матерейИдут толпой переселенцыК теплу неведомых морей.Оставив маленькое тельцеРебенка мертвого — земле,Идут понуро погорельцыВ нерасплывающейся мгле.Я вижу грузчиков, лежащихВ изнеможенье, в смертный часОтдавших груз, принадлежавшийНе им, а одному из нас.Я вижу бурлаков на ВолгеИ слышу их глубокий стон,Я вижу странников убогих,Стучащих боязно в окно.Я рвусь к забытым и забитым,Отверженным, осиротелым,К живущим иль давно убитымИ до которых людям сытымИ именитым нету дела…Ищу тепла я в скорбных взглядах,Тепла, которого не сыщешьУ сытых, праздных и нарядных.Тепла забытых и забитых.Тепла живого душ открытых,Всех обездоленных и нищих.
1916
<p>Смольный</p>Довольно! Довольно! ДовольноИстошно кликушами выть!Весь твой я, клокочущий Смольный,С другими — постыдно мне быть.Пусть ветер холодный и резкийРевет и не хочет стихать,Меня научил ДостоевскийРоссию мою понимать.Не я ли стихами молился,Чтоб умер жестокий палач,И вот этот круг завершился,Россия, Россия, не плачь!Не я ль призывал эти бури,Не я ль ненавидел застой?Дождемся и блеска лазуриНад скованной льдами Невой.Чтоб счастье стране улыбнулось,Она заслужила его.И чтобы в одно обернулосьТвое и мое торжество,Довольно! Довольно! Довольно!Кликушам нет места в бою.Весь твой я, клокочущий Смольный,Всю жизнь я тебе отдаю!
