Я срывалась с места и тащила самую большую миску. Забиралась с ногами на стул, брала большую ложку в руки и важно ждала, когда начну добавлять в фарш приправы. Папа говорил, что это самое основное в пельменях, а сам украдкой подмигивал маме. И я долго верила, что от меня зависит вкус наших пельмешек.
Потом мы рассаживались каждый на своё место за столом, и начиналось интереснейшее действо – лепили красивые маленькие ушки, а папа рассказывал легенды. Вот одна из них:
Однажды отважный охотник Иван заблудился в лесу. Долго бродил он в поисках нужной дороги, пока не наткнулся на юрту прекрасной волшебницы. Однако когда он заглянул внутрь, то увидел, что волшебницу заколдовали злые духи.
Рядом с юртой сидела древняя старуха, которая поведала охотнику, что для снятия проклятия нужно достать золотой цветок, находящийся на вершине самого высокого дерева. Иван сильно опечалился, он не мог забраться на это дерево, потому что очень устал и еле держался на ногах. Тогда старуха приказала развести огонь и достала «хлебные уши» (то есть пельмени), съев которые, охотник вновь почувствовал себя сильным и без труда достал цветок и освободил волшебницу. В награду за это та подарила ему рецепт этого прекрасного кушанья.
Папа рассказывал, а сам всё пробовал и пробовал фарш, пока мама в шутку не замахивалась полотенцем на него.
– Половину фарша ушло в твою брюшко, а не в ушки!
Я хохотала и подмигивала папе.
Мне тогда казалось, что каждый такой вечер мы лепили очень много пельмешек, так как они занимали весь стол на веранде, куда периодически выносила мама на дощечках. На морозе ушки быстро замораживались. Потом мама собирала их в полотняные мешочки.
– И куда так быстро пропадают эти мешочки? – удивлялась я.
Папа смеялся и говорил:
– Послушай у себя в животе. Слышишь, как они прыгают?
Я смеялась и прыгала на одной ножке, чтобы всем было весело.
Да! Всем было весело тогда….
Теперь готовые пельмени с разнообразной начинкой можно купить. Но всё равно после того, как съем пельмешки, чувствую, как они прыгают у меня в животе, и слышу смех папы и мамы!
Щенок Отке бежал по тропинке в сторону леса и шумно втягивал носом весенний воздух. Пахло чем-то ему непонятным, но было так приятно! Щекотало в носу.
Отке громко чихнул. Его чих разнёсся эхом по тундре. Щенок остановился, понюхал подтаявший снег, попытался разгрести лапой лунку, но наст был таким твёрдым, что когти царапали интересные узоры. Отке, как маленький ребёнок, стал прыгать по насту снега, весело повизгивать и, распластав лапы, лёжа на животе, скользил по насту. Его уши развевал ветер так, что они хлопали по голове, как птицы, которых Отке вспугнул своим шумом. Это были белые куропатки, отдыхающие на снегу под сосной, слившись со снегом. Испугано вспорхнув, они замахали крыльями и стремительно скрылись вдали.
Отке – смесь нескольких северных пород. Да он и был ребёнком – всего-то три месяца! Родословная, конечно, совсем не волновала щенка. Весна наступала и сюда, на Север. Это чувствовалось по тёплому солнышку, которое стало чаще и дольше светить. Здесь оно очень яркое, так как отражается от белого снежного одеяла бескрайней тундры.
Щенок старался не смотреть вверх на этот огненный шар, потому что сразу слёзы застилали пеленой весь окружающий мир. А Отке было всё интересно и ново.
Вот цепочка ровных, как по линейке, следов лисицы. Хитра лисица! Следы верёвочкой вьются, петляя между деревьев. Интересно, как же она так ровно ставит лапы? Щенок попробовал пройти по ним след в след, но тут же завалился на бок в снег. Нет, собаки так не бегают!
Отке понюхал следы и удостоверился, что это точно проходила лиса.
Что, что, а нюх и память у него отличные! Уроки родителей не прошли даром.
Теперь его самостоятельные прогулки стали более уверенными. Отке пробовал вступить в настоящую взрослую жизнь внимательно, без глупостей. От его поведения зависела вся дальнейшая жизнь в этом суровом северном крае.
Пение птиц высоко над головой отвлекли щенка от размышлений. Он остановился под карликовой берёзкой, оставил свою метку, как взрослый пёс, и степенно потопал по лесной тропинке. Старался показать этим пичужкам, что не слушает их, так как идёт по своим серьёзным собачьим делам. Хоть щенячье сердечко в груди весело прыгало в такт этой весенней песне!
Отойдя немного, Отке остановился и стараясь грубо, как папа, гавкнуть в сторону сосёнки, где щебетали маленькие птички. Те удивлённо посмотрели на него и, вспорхнув, стайкой перелетели на другое дерево. И вновь зачирикали весеннюю песню.
