<p>«Ржавые торжественные каравеллы…»</p>Ржавые торжественные каравеллыПродаются в лавочках Барселоны.И редко какую-нибудь из нихКупит, как сувенир, иностранец,Чтобы поставить потом в кабинетеРядом с трубками и кисетом,Пряно пахнущим табаком.Он станет медленно вспоминать,Как там, вдалеке от зябких широт,В пестроте и гомоне юга,У причала, где ждет туристов фиакр,Среди прогулочных яхтСтоит одинокий фрегат Колумба,И лазурное небо слепит глаза,И спокойно осеннее море.<p>Бикертон роуд</p>
Памяти Маши Алигер
Пусть солнце одно над намиВо тьме не жалеет света,Старая строгая Англия —Совсем другая планета.Я все обошла препоныИ, здесь оказавшись чудом,Нашла, что ее газоныСлепят чужим изумрудом.На острове с моря ветерДул зябко и угловато.Я вечером выходилаК ближайшему автомату.И, вроде бы как соседка,Хоть вовсе с тобой не схожи,Звонила тебе нередко,Ведь ты из России тоже.Мы неподалеку жилиРастерянно и отключенно.В северной части ЛондонаСмыкались наши районы.Звучал звонок осторожныйВ твоем бесприютном доме,И шелестел твой голосСумерек невесомей.Во время встреч и прогулокБыла оживленной вроде.Я так и не догадалась,Что боль твоя на исходе.Хоть здесь прожила немало,Чего-то недоставало.Меж Лондоном и РоссиейБездомно метаться стала.Удача ли изменила,Изъела ли дни растрава,Решила то, что свершила,На что не имела права.Мне кто-то сказал об этомВ предзимней Москве незрячей.В земле ее прах твой стынет,Да только с душой иначе.И Тот, чье имя святится,Неужто мне не позволитЗа бедную заступиться,К молчанию приневолит?..Бесслезно тебя оплачу,Но, не одолев остуду,У гроба стоять не стану,Прощаться с тобой не буду.В районе твоем высокомОпять при любой погодеПо улочкам викторианскимВсё так же с тобою бродим.И хоть недавно знакомы,Друг другу близки, посколькуЛюбая земля чужая —Чужая земля и только.Сюда не смогла вернутьсяИ там не могла остаться.Сместившей в пространстве время,Так просто в них затеряться.Прощай! Запахни потужеВ мёрзлых метелей стужуСвою одинокую душу,Всё дальше она, всё глуше…<p>Рваные строки</p>
