"Умереть или победить — вот что стоит перед крестьянством Украины в настоящий исторический момент. Но все умереть мы не можем, нас слишком много, мы — человечество; следовательно, мы победим. Но победим не затем, чтобы, по примеру прошлых лет, передать свою судьбу новому начальству, а затем, чтобы взять ее в свои руки и строить свою жизнь своей волей, своей правдой". [цит. по: Аршинов Петр, История махновского движения (1918 – 1921 гг.)]
Чтобы добиться этого, Махновцы отказывались создавать правительства в освобожденных ими городах и селах, и наоборот, призывали и убеждали создавать свободные советы, которые воплощали идею рабочего самоуправления. Возьмем, например, город Александровск сразу после освобождения:
"Там они прежде всего обратились к широким рабочим массам, позвав их на общее рабочее совещание города... предложено было приступить к налаживанию жизни в городе, на фабриках и заводах силами самих рабочих и их организаций... За первым совещанием последовало второе. Вопрос об организации жизни на принципах рабочего самоуправления широко освещался и дебатировался массой, которая целиком держалась за основную идею трудового самоуправления... Железнодорожники сделали в этом направлении почин. Они создали железнодорожный комитет, взяли железные дороги района (местного) в свое ведение... Мысль пролетариата г. Александровска отныне начала систематически направляться в область создания органов самоуправления". [Там же]
Махновцы считали, что "свобода крестьян и рабочих находится у них самих и потому не может быть ограничена. Во всех областях своей жизни они должны сами устраиваться, как найдут нужным. Махновцы же могут помогать им лишь советом, отдельными культурными работниками или военной силой, но никоим образом не предписывать им что бы то ни было". [Там же] В Александровске большевики предложили махновцам разделить сферы влияния: их ревком будет решать политические вопросы, а махновцы займутся военными. "Махно посоветовал им идти и заниматься честным трудом", а не навязывать власть труженикам. [Там же]
Повсюду махновцы старались организовывать свободные сельские коммуны. "Конечно, их было немного, они объединяли значительное меньшинство населения... Но ценным в них было то, что они возникли по почину самих крестьян-бедняков. Работа махновцев проявилась здесь лишь постольку, поскольку махновцы вообще вели в районе пропаганду свободных коммун. Коммуны создавались не по примеру, не на почве каприза, а исключительно на почве насущных потребностей крестьян, бывших до революции ни с чем и приступивших после победы к организации своих хозяйств на общинном начале". [Там же]
Махно сыграл важную роль в отмене привилегий помещиков. Местные и районные советы уравняли право на использование земли для всех членов крестьянского сообщества.
Кроме того, махновцы постепенно, но энергично привлекали народ к обсуждению развития революции, военных и социальных вопросов. Они организовывали многочисленные конференции рабочих, солдатских и крестьянских делегатов для обсуждения политических проблем и социальных вопросов и создавали свободные Советы, союзы и коммуны. Они организовали региональный конгресс крестьян и рабочих сразу после освобождения Александровска. После попытки махновцев созвать третий региональный конгресс крестьян, рабочих и ополченцев в апреле 1919 г. и первый межобластной конгресс в июне 1919 г., большевики оклеветали их в контрреволюции, попытались запретить и объявили организаторов и делегатов вне закона.
В ответ махновцы собирали многочисленные конференции на которых задавались вопросами: "Могут ли существовать законы нескольких человек, заявляющих себя революционерами, дающие право объявлять более революционный народ вне закона?" и «Чьи интересы должен революционер защищать: партии или того народа, который своею кровью двигает революцию?» Сам Махно "считал неотъемлемым, революцией завоеванным правом рабочих и крестьян самим устраивать съезды для обсуждения и решения как частных, так и общих дел своих". [Там же]
Кроме того, "махновцы полностью осуществили революционный принцип свободы слова, совести, печати, партийной и политической принадлежности. Во всех занятых махновцами городах и местечках все запрещения, наложенные какой бы то ни было властью на ту или иную печать, на ту или иную политическую организацию, отменялись". Действительно, "Единственное, в чем махновцы стеснили большевиков, левых эсеров и прочих государственников, — это в организации властных революционных комитетов". [Там же]
