Чеберяйчики полностью

Часть первая

В одном лесу жили чеберяйчики Трули-Пули и Трынды-Пынды. Они были такие же, как и все остальные чеберяйчики: любили качаться на землянике, ездить наперегонки на жуках, играть тяжелыми каплями росы. Как и все их родственники, жили они в цветах колокольчиков. Вы спросите, что делали чеберяйчики зимой, когда нет цветов? Очень просто: в их лесу не было зимы! Там всегда было тепло и уютно, всегда пахло лесными цветами и земляникой. Каждое утро солнышко заглядывало в их лес и будило всех его жителей. А тех, кто не хотел вставать, солнышко щекотало своими лучиками в ухе, носу и даже за пятки. Вместе с солнышком просыпалось и лесные птицы. Сначала просыпались жаворонки. Они поднимались высоко в небо, здоровались с солнцем и возвращались с полной грудью переливных мелодий. А уже за ними разминали крылья и дятлы, и вороны, и иволги, и все другие летучие жители нашего леса. Только совы сонно клевали носами и усаживались поудобнее, чтобы, наконец, погрузиться в сладкий сон. Они всю ночь караулили спокойствие леса и теперь передавали эстафету своим дневным собратьям.

Именно в такой обычно-необычный день лучшие друзья Трули-Пули и Трынды-Пынды решили, что, наконец, миг настал. Как всегда Трули-Пули проснулся первым. Он вообще любил просыпаться еще до восхода солнца и наблюдать, как оно медленно выползает из-за огромной сосны (аж на том краю леса, куда еще никто из чеберяйчики не ходил), а затем постепенно приближается и по дороге закрашивает все деревья в красный цвет, и когда уже оно, кажется, вот сейчас-сейчас заденет их березку, оно вдруг — хоп — и уже высоко-высоко! Именно этот момент, когда солнце нависает над их домом так низко, что его можно достать, больше всего волнует Трули-Пули. Каждый раз ему кажется, что оно сейчас возьмет, да и упадет на него, и вот именно на него — на Трули-Пули, ибо именно он проснулся первым, чтобы подсмотреть эту диковинку. Это уже потом солнце становится золотым, а тогда, над березкой, оно багровое-багровое, как божья коровка. Когда Трули-Пули увидел солнце таким впервые, он страшно испугался, думая, что оно горит. Он хотел кричать и будить всех, чтобы спасали лес и солнце. А потом он все понял. Конечно, оно просто еще неумытое, вот и красное такое! Да-а, недаром же мама всегда заставляет Трули-Пули умываться. Вероятно и солнышку мама говорит, что «кто утром не умывается, от того все кругом отворачивается». Трули-Пули ужасно гордился своей догадкой, и никому о ней не говорил. Так приятно было смотреть на солнце и знать, что у них одна тайна на двоих.

А для Трынды-Пынды солнце — это, прежде всего, щекотящие лучики, которые каждое утро залезали в его теплую кроватку и не давали спать. Он прятался от них под мягким покрывалом, залезал туда с головой, чтобы солнце подумало, что его вообще здесь нет. Но разве можно обмануть солнце, оно же свысока все-все видит. И, наконец, после долгих соревнований с неотступными лучиками, Трынды-Пынды открывал глаза и слезал с кровати. Он гордился, что каждое следующее утро отвоевывал у солнца еще одну минуту. И боролся он с лучиками уже совсем не для того, чтобы поспать какую лишнюю минуту, для него это уже стало, так сказать, делом чести, своеобразной утренней гимнастикой, гимнастикой духа.

Когда, наконец, Трынды-Пынды закончил свою ежедневную битву, он услышал знакомый голос:

— Трындик, эй, ты уже встал?

Чеберяйчик выглянул и увидел знакомое лицо своего товарища.

— Привет, Трули! Да конечно встал! Разве можно спать, когда ты кричишь под ухом.

Трули-Пули совсем не обиделся на друга. Он уже привык приходить каждое утро под его колокольчик и ждать, пока тот, наконец, проснется. Обычно ему приходилось ждать, пока Трынды-Пынды поборется со своим утренним посетителем. И только когда солнце поднималось высоко в небо, Трули решался звать товарища.

Трынды спустился к Трули и пристально посмотрел в его радужные глазки. (Стоит заметить, что все чеберяйчики имели глаза цвета радуги. Вы спросите, что это за цвет! А вот такой цвет — красочный! То нежный, как вечерняя заря, игривый, как трава после дождя, то спокойный, как небо над лесом. Тот цвет у всех был одинаковый и у каждого свой. Вот такие странные те чеберяйчики.) Итак, Трынды посмотрел в глаза Трули, наклонился к нему и таинственно шепнул:

— Ты готов?

Вообще-то Трули не так чтоб совсем был готов, но немножко-таки был. И оно-то и страшно становилось, как подумаешь, что это будет, и отступать уже некуда, ибо свой план товарищи уже давно обдумали и все решили.

— Конечно, чего бы мне не готовому быть.

— А я знаю? Может, ты испугался? — Трынды хорошо знал, что Трули не отступит от своего слова. Он, может, и не такой храбрец, как Трынды-Пынды, но уже, как-то сказал, то должен сделать.

— А ты сам не испугался?

— Я? Чего бы это? — Трынды ближе подошел к другу, посмотрел на всякий случай по сторонам и сказал: — Значит так, вечером, как только все уснут, собираемся возле Хижиной березы. С собой ничего не берем. Все понятно?