Григорий Борисович Иоллос.Из письма В. М. Соболевскому. Баденвейлер, 3(16) июля 1904 г.:А. П. производил впечатление серьезного больного, но никто не думал, что конец так близок. Д-р Шверер (Schworer), превосходно относившийся к пациент)', на мой вопрос, была ли кончина для него неожиданной, ответил утвердительно: до наступления кризиса в ночь с четверга на пятницу он думал, что жизнь может еще продлиться несколько месяцев, и даже после ужасного припадка во вторник состояние сердца еще не внушало больших опасений, потом)' что после впрыскивания морфия и вдыхания кислорода пульс стал хорош, и больной спокойно заснул.
Ольга Леонардовна Книнпер-Чехова.Из письма М. П. Чеховой. Баденвейлер, 30 июня (13 июля) 1904 г.:Вчера он так задыхался, что и не знала, что делать, поскакала за доктором. Он говорит, что вследствие такого скверного состояния легких сердце работает вдвое, а сердце вообще у него не крепкое. Дал вдыхать кислород, принимать камфару» есть капли, все время лед на сердце. Ночью дремал сидя, я ему устроила гору из подушек, потом два раза впрыснула морфий, и он хорошо уснул лежа.
Ольга Леонардовна Книппер-Чехова:
После трех тревожных, тяжелых дней ему стало 490 легче к вечеру. Он послал меня пробежаться по
парку, так как я не отлучалась от него эти дни, и когда я пришла, он все беспокоился, почему я не иду ужинать, на что я ответила, чт о гонг еще не прозвонил. Гонг, как оказалось после, мы просто прослушали, а Антон Павлович начал придумывать рассказ, описывая необычайно модный курорт, где много сытых, жирных банкиров, здоровых, любящих хорошо поесть, краснощеких англичан и американцев. и вот все они, кто с экскурсии, кто с катанья, с пешеходной прогулки — одним словом, отовсюду собираются с мечтой хорошо и сытно поесть после физической усталости дня. И туг вдруг оказывается, что повар сбежал и ужина никакого нет, — и вот как этот удар по желудку отразился на всех этих избалованных людях. Я сидела, прикорнувши на диване после тревоги последних дней, и от души смеялась. И в голову не могло прийти, что через несколько часов я буду стоять перед телом Чехова!
Григорий Борисович Иоллос.Из письма В. М. Соболевскому. Ьадепвешер, 5 июля 1904 г.:Проснувшись в первом часу ночи, Антон Павлович стал бредить, говорил о каком-то матросе, спрашивал об японцах, но затем пришел в себя и с грустной улыбкой сказал жене, которая клала ему на грудь мешок со льдом: «На пустое сердце льда не кладут».
Ольга Леонардовна Книппер-Чехова:
