Ханна прыгнула на водительское сиденье и запустила машину. Несколько подходов и она уже готова была спускаться с горы. Айзек удивился, ведь в прошлый раз он порядочно намучался, разворачивая эту громадину, а вот у девушки это получилось легко и просто. Тревога Айзека, по поводу водительского мастерства Ханны быстро улетучилась, и он поставил на приборную панель компас. Юг.
– Белая стрелка должна смотреть вперед. Поехали.
– Так точно!
Машина спустилась со склона и начала набирать скорость, плывя над снегом, что был в этих краях не разъезженным. Справа, почти на горизонте, пролетал лес, в котором Айзек часто охотился. Он смотрел на него и смиренно улыбался, вспоминая все, что с ним происходило там. Айзек снял повязку с руки и начал разминать пальцы, пытаясь вернуть им подвижность, он и до этого занимался подобным, но сейчас времени было предостаточно. Тем более рука впервые за долгое время чувствовала себя хорошо.
Он старался сжимать и разжимать свои пальцы так часто, как только ему хватало сил, пытаясь вернуть былую гибкость. Рука быстро уставала, Айзек отдыхал, и снова принимался за дело. Ходить с одной рукой было жутко неудобно, тем более, в таком далеком путешествии нужны все конечности, которые у него есть.
Айзек достал из штанины свой нож и аккуратным движением разрезал нитки швов. Медленно, доставая по одному стежку он чувствовал, как нить проходит через кожу, вызывая, если не болезненные, то дискомфортные ощущения. Пара часов у него ушла, чтобы достать все. Теперь рука была свободна. Он промыл швы теплой водой из фляги и вытер об простыню, что накрывала снегоход.
Впервые за долгое время, сняв путы с правой, любимой руки, Айзек был свободен. Еще немного и подвижность вернется. Он старался нагружать руку как можно больше, пока Ханна кидала косой взгляд на шрамы, что исполосовали всю кисть, и отрезанный палец.
– Как так вышло? – спросила девушка, указывая взглядом на руку Айзека.
– Помнишь мой пистолет под двенадцатые патроны?
– Тот, что разглядывали порядчики? Да.
– Я выстрелил им вот сюда, – Айзек ткнул пальцем в водительскую бронепластину, – когда забирал эту машину. Дробь отскочила мне в руку. И в лицо.
Ханна посмотрела на вмятины, оставленные россыпью мелких шариков. – А водитель?
– Выжил. Не хочу быть убийцей.
– Ты снова разговорчивый, что-то хорошее стряслось?
– Ага! – показывал свою, почти подвижную руку, парень.
Он глядел на Ханну и увидел, как с подножья восточных гор спускаются три снегохода. Горная гряда Пан Оптикума еще не закончилась, а жило на ней не мало странных личностей, начиная от охотников, чьи угодья иногда пересекались, и заканчивая мародерами и налетчиками. Караваны иногда сталкиваются с ними, но нацелены они больше на таких ребят как Ханна и Айзек. Снегоходы быстро приближались, и как только Айзек мог разглядеть черные фигуры – вдавил Ханну в кресло. По кузову забарабанили мелкие шарики, которые не смогли разбить толстое стекло водительской двери.
– О, Боги, Айзек! Что за херня!
– Забей. Едь вперед, – Айзек вернулся в свое кресло и глядя на солнце, что было уже высоко настроил часы на полдень. Минута за минутой – град начал стихать и снегоходы остались далеко позади, а после и вовсе развернулись, вернувшись на гору.
– Что это было?
– Налет.
– И?
– Что «и»?
– И все? Ты так спокойно к этому отнесся?
– Ну да. Машина же быстрее, – смеясь, отвечал парень, заведомо зная, что даже если бы их и догнали, то вряд ли бы что-то сделали. Многие бандиты и разбойники в окрестностях гряды знали его в лицо, но говорить такие вещи Ханне он не хотел, поэтому просто умалчивал.
– И много таких приколов то будет?
– Много. Я же предупреждал.
– Пиздец.
Глубокой ночью пятого дня, Айзек вел машину, пытаясь разглядеть в снегу хоть что-то под светом фар. Он то включал, то выключал их. Свет мешал смотреть в даль, концентрируя внимание лишь на том, что было перед машиной. Парень боялся упереться в лес или скалы, которые придется объезжать, и в то же время не хотел напереться на камни, что легко могли разбить гусеницы. Ханна сладко спала сзади, навалив кучу вещей и зарывшись в них. Чтобы не задремать в ход пошли омерзительные батончики с «Эмпайра». Айзек старался есть их почаще, оставляя хорошую еду девушке.
– Яма должна быть где-то по курсу, судя по рассказам Дана. Стоило бы в нее заехать, – думал Айзек вибрируя в такт с мотором. – Пополнить запасы.
Через несколько часов на горизонте, по левую руку появились огни, Айзек сменил направление и двинулся к городу. Стрелка компаса съехала с положенного ей места и навязчиво намекала, что стоило бы вернуться на маршрут. Однако карта в голове парня была согласна, что небольшие отступления в пути допустимы.
Яма. Похороненный заживо город
– И вправду яма, Айзек, смотри! – девушка раскидывала руками, пытаясь уместить весь масштаб города. Стоило только машине остановиться у въезда – становилось видно, насколько он огромен.
– Тут должен быть «Колонист». На карте ИСП он был.
– Но ведь его нет. Может она ошиблась?
