Марк слегка изогнул руку, еще сильнее сжимая лезвие броней, и попытался пнуть Маску ногой в живот, чтобы тот отстал от него и дал возможность укрыться в машине. Лесной охотник был не промах, он, не отпуская свой клинок, ухватился за бедренную бронепластину и дернул Марка на себя. Юноша слетел с гусеницы и оказался на земле, а над ним стояла та самая рыжая маска.
– Опять ты? – человек выдернул свой клинок из мягкого пластика, и сделал шаг назад, получив возможность снять с себя керамическое лицо, что закрывало обзор.
– Разверни машину! – кричал Марк в сторону фургона. Мотор вновь взревел, и машина тронулась вперед, ломая сгоревшие стволы деревьев. Парень не упустил свой шанс и тоже поднялся на ноги.
Два охотника стояли друг напротив друга, а вдалеке все ближе и ближе становили шаги подмоги из лесного поселения. Марк никак не мог повернуться спиной, ведь в таком случае его бы быстро догнали лезвием в спину.
Парень, не проронив ни слова, достал нож, что взял у тома и побежал на Маску, пытаясь выиграть себе время для отступления, но лишь тратил его, судя по звуку приближающихся шагов.
Маска и Марк обменивались выпадами, но было видно, что Хайле проигрывает в этой битве. Сил было мало, да и оружие у него было намного короче. Он подобрался спиной к дереву, в надежде, что противник не глядя махнет клинком, но вышло все совсем иначе.
Марк пристально следил за летящим в него лезвием, будучи припертым к тлеющему столбу. Он выжал момент и пригнулся, пытаясь уйти от удара по низу, но противник был куда более опытным. Маска увидел это, и пнул по Марку так сильно, что тот повалился на бок, а затем кувыркнулся на спину, ожидая удар.
Узкоглазый человек упал на парня, придавив его правую руку, в которой был нож, своей и замахнулся, в надежде пробить шею юноши. Марк видел, как острие ножа летит на него, и не придумал ничего лучше, как попытаться поймать клинок противника.
Марк встретил удар краем своей ладони. Клинок проскользил по ней, оставляя глубокую рану, а на конце этого клинка парня ждала его добыча. Раненной рукой он схватился за кулак Маски, в последний момент отведя лезвие от своей шеи. Длинный клинок прошел мимо и уткнулся в землю.
Марк извернул свою правую руку и ткнул кончиком лезвия в предплечье противника, которое пыталось остановить нож мальчишки. Сила, что прижимала вооруженную руку парня ослабла, и Марк, не отпуская левой рукой чужой кулак, со всей своей силы засадил боевой нож в запястье врага. Получив серьезную рану, охотник зарычал от боли, подобно дикому зверю. Хватка пропала, и он отпусти свой клинок. Марк тоже отпустил нож, освобождая свою правую руку от рукояти, что почти добралась до плоти человека с маской.
Маска в один момент лишился и правой и левой руки, и хоть раны были не серьезными, но сражаться он уже не мог.
Освободившейся рукой Марк толкнул тело противника вправо, скидывая его с себя. Маска не смог приземлиться на раненые руки и упал рядом с мальчишкой. Его клинок так и остался торчать в земле.
– Хороший был бой, – болезненным голосом говорил человек из лесного племени.
– Это да, – Марк моментально схватил чужой нож и встал на ноги, понимая, что подкрепление уже близко.
– Добьешь меня? Это было бы честью, умереть в бою, – раненый воин встал на колени, прижав бедра к стопам.
– Что? Зачем? – удивился Марк, вслушиваясь в звуки мотора, который, по-видимому, пошел на второй круг.
– Такой путь воина…
– Ты извини, но я выиграл себе шанс для побега. Я, наверное, пойду…
– Побега? Пойдешь? Бейся до смерти!
– Да ну уж нет, спасибо! – Марк побежал туда, где ревел двигатель машины, что фарами вновь освещала ему путь.
– Трус! – кричал вслед человек, стоявший за спиной юноши на коленях. – Ваши предки, так испугались кары богов, что до сих пор ходят с широко открытыми глазами, полными страха! Не уподобляйся…
Машина пролетела мимо и Фин распахнул боковую дверь. – Марк!
Марк залетел внутрь, упав на стальной пол. Том нажал на газ и фургон грохоча деревьями помчался обратно. Нижние фары уже были разбиты, и путь освещала только верхняя грядка прожекторов. Как только техника встала на протоптанный путь, деревья больше не колотили со всей силы по кузову, проходя скрежетом где-то по днищу.
– Марк, да Марк! Че заладили-то? – возмущался Сержант.
– Удобное имя. Короткое! – засмеялись братья, чувствуя, что самое трудное позади.
Хайле перемотал свою рану, и тут же принялся за рану Фина. Рядовой упал прямо на шипы, пробив ладонь правой руки в двух местах. Не так уж и страшно, по сравнению с разрезанной рукой Марка, которую еще и придется зашивать. Благо все отделались легким испугом и подпаленными волосами.
