Петляя узкими переулками, они уходили все дальше и дальше от дома Ханны. На все ее расспросы Айзек лишь отвечал, что запутывает преследователей. И каждый раз останавливаясь отдышаться или проверить, преследуют ли их, они натыкались на порядчиков. Закованные в черную пластиковую броню, все до единого встреченные группы рыскали взглядом, пытаясь найти нарушителя, вглядываясь в каждого, кто подвернется. Айзек, уже привыкнув делать блаженное выражение лица, пытаясь сойти за фанатика, не мог поверить, что в условиях этого запутанного города можно кого-то найти. Прошло уже больше часа, а они так и не оторвались. Наоборот, казалось, что их вот-вот поймают.
– Они не идут по следу… – Айзек начал рыться в комке одежды.
– Что?
– Если бы шли по следу – догнали бы. Есть у меня одна идея! – парень терзал свои скомканные вещи, пытаясь не создавать много шуму.
– Поаккуратнее с ним, он же заплачет! – пошутила Ханна. Айзек посмотрел на нее полным недоумения взглядом. Он искренне не ожидал, что кто-то, находясь в такой ситуации, вообще может совладать с юмором. И только поняв, что девушка пытается разрядить обстановку, улыбнулся.
Айзек достал интерком, что дал ему Оккер, и повертев его перед собой, открыл заднюю крышку, достав черный прямоугольник-аккумулятор. Огоньки на интеркоме потухли, и ребята вновь продолжили путь, петляя по городу. В этот раз, где бы они ни останавливались, преследователей было не видно. Побродив кругами для перестраховки Айзек и Ханна направились домой. Теперь парень точно был уверен, что Ханна ему не соврала, но до сих пор не понимал того, во что вляпался.
Зайдя в маленькую и теплую комнату, Айзек тут же скинул глупый красный плащ и сел на кровать Ханны. Он крутил в голове слова Берси, который оказался намного проницательней, чем показалось сначала. Отчаяние вновь поглотило юношу. Он сидел и думал, что лучше бы вообще не ездил к своим родителям. Лучше бы не видел всего того, что видел. Сидел бы сейчас в своей пещере, да охотился на разную дичь. Состарился бы и умер. И к черту все эти бескрайние поля, эти чудные машины, снежные бури и красные берега. И к черту эту…
– Я за едой! – недолго думая, сказала Ханна и щелкнула дверным замком, оставив парня одного со своими мыслями.
Айзек лег на кровать и начал смотреть в белый потолок, что уже приобретал желтые оттенки заката. Теплая комната, мягкая постель. Становилось ясно, что оставаться в этом городе, он уже не сможет. Ни в городе, ни с Ханной, ни с этими чудными людьми.
– М-да… – дрожащий голос вырвался из его рта. Глаза предательски наполнялись слезами, которые он ни за что не показал бы Ханне.
С тобой хоть на край мира
Айзек с Ханной сидели в комнате, уставившись друг на друга. Гробовая тишина иногда нарушалась шумом из-за окна. Ребята смотрели друг на друга и ухмылялись. Парень уже успокоился, осмыслив ситуацию, теперь ему оставалось лишь понять настроение девушки, а дальше – решить, что делать.
– Ну ты даешь, Айзек. Тебя так кинули, а ты сидишь и лыбишься.
– Ну, знаешь, отчаяние тут тоже не сильно-то полезно. Я уже, вроде, свыкся с мыслью.
– И какой же?
– Нам надо валить!
– Нам? Да ты смеешься надо мной?
– А что? Сама же хотела мир посмотреть! Вот и посмотришь.
– Айзек, я не думаю, что смогу вот так просто…
– Да я все понимаю.
– Нет, Айзек, ты выслушай! Я не могу бросить родных, работу, детей. Я не готова, у меня и одежды-то такой нет. Даже маску, как у тебя, я вряд ли найду в этом городе.
– Ханна…
– Это опасно, я не умею ничего, о чем ты рассказывал, и выдыхаюсь, пройди пару шагов…
– Ханна! – прикрикнул парень. – Я же сказал, что все понимаю. Я и сам не знаю, зачем это предложил. Просто хотел попробовать. Ну мало ли…
– Не умеешь ты прощупывать почву, Айзек. Ох, как не умеешь. Ты сейчас, считай, по тонкому льду ходишь! Айзек, я хочу. Но не могу.
– Да понял я, понял. Но и ты пойми – мне, в любом случае, нужно уйти. Вдруг эта штука все еще следит за нами? – Айзек потряс коробочку-интерком.
– Ты че, ее не выкинул? С ума сошел? Выбрось ее, живо!
– Нет. Она мне может пригодиться!
– Да ты издеваешься!
– Да нет.
Айзек встал и начал проверять содержимое рюкзака. Все было на месте, он так ничего из него и не доставал, словно и не было нужды. Для вылазки не хватало главного – палатки. Возможность отдыха теперь кажется сомнительной. Парень накидал в рюкзак готовой еды, что щедро предоставила ему Ханна, налил во флягу воды из-под крана, что пахла железом, и сложил все у выхода. Прощаться ему не хотелось.
– Куда ты теперь? – озадаченно спросила девушка. Она наблюдала за тем, как Айзек собирается, и не могла понять, как вообще с таким запасом можно куда-то идти.
– Восток, – Айзек достал компас отца. – Вот прямо туда.
– Но туда не ходят караваны. Да и вообще ничего не ходит.
– Я же говорил, так нельзя. Проверят все, что выходит из города. Никто ведь не ожидает, что я уйду на своих двоих.
– А ты сможешь?
– Да. По рассказу старика, отсюда нужно идти на восток-юго-восток. Город недалеко, пять дней пешего пути.
