Л.Н. Толстой и другие выдающиеся мыслители еще в начале XX века на фоне Революции 1905 года, рассматривая проблему жирующего дворянства и эгоистичных мещан и буржуа, отмечали, что люди, будучи от природы предназначенными к труду (для других людей), дуреют, если ведут сытый и тунеядский образ жизни, как дуреют животные от избыточного корма.
Собственно, в ретроспективе падение совершенных, существовавших веками общественных систем под давлением обычно внешней угрозы, которая довершала разгром, имело место как раз в условиях апофеоза индивидуализма. Так пал Древний Рим, так канула в Лету век назад царская Россия, так развалился пораженный застоем и скрытым, но почти тотальным мещанством Советский Союз. Конечно, в каждом случае были свои агенты развала, но они есть всегда, как бациллы, которых иммунитет сильного организма общества подавляет, а ослабленный – уже не в состоянии. В каждом случае широкие массы населения оказались неспособными защитить от деструктивных сил тот социум, в котором они жили, были неспособны идентифицировать врага. Таким образом, процессы общественного развития объективны, но человеку предоставлена возможность силой своего интеллекта направлять и корректировать их.
Коллектив и толпа: в чем будущее?
В предыдущих главах мы много рассуждали о человеке как индивидууме и человеческом обществе в целом. Но человек не действует в одиночку. Почти любая современная деятельность требует объединения усилий множества людей, упорядоченных и синхронизированных между собой.
Многотысячные митинги протеста, агрессивность футбольных фанатов, километровые очереди за новыми моделями Apple iPhone – все эти каждодневные массовые явления имеют точное научное объяснение и свои закономерности.
Строить общество будущего – значит управлять и организовывать огромные массы людей. Как это реализовать? Какая идея сможет объединить и направить человечество, на каких принципах?
И здесь на сцену общественных отношений выходят две категории социальной психологии, которые должны быть учтены и уточнены для целей нашего исследования. Это «коллектив» и «толпа».
Упрощенно толпа – это временное скопление людей. Ее классическим признаком является сосредоточение в одном месте значительных человеческих масс: от нескольких десятков до сотен, тысяч и более людей. Толпа хаотична, главным организующим ее фактором выступает общий объект внимания, общая традиция или событие. Общий объект внимания рождает среди участников сходное эмоциональное состояние.
Важнейшим требованием для любой традиционной толпы является непосредственный контакт людей между собой. Как правило, толпа требует определенной тесноты, сосредоточенности, настроя. «Человек в толпе» постоянно находится под психологическим давлением и влиянием общей человеческой массы, он часть целого, нового социального организма.
Изучение толпы показало, что люди, часто совершенно разные по уровню образования, социальному статусу, предпочтениям, находясь в ней, идентично реагируют на определенные воздействия, и, главное, в толпе действует уникальный катализатор – феномен «психического заражения». Общее настроение, вызванное каким-то поводом или событием, выкриком, действием, подхватывается и многократно повторяется сначала частью людей, а затем всей массой. В научном языке это явление именуется циркулярной реакцией – нарастающим обоюдонаправленным эмоциональным заражением, когда один «заражается» от всех, а все – от одного. Источник «заражения» – не рациональная мысль, а эмоционально понятный, ожидаемый призыв, тезис, не требующий логического объяснения. Наполеон Бонапарт говорил, что для обращения к толпе существуют только две формы: повторение и утверждение.
Толпа появляется с момента завершения сосредоточения человеческой массы, достаточной, чтобы заработали ее законы, и затем «живет» в динамическом изменении вплоть до своего распада.