— Лежи! — рявкнул он, когда Силь попыталась сползти вниз.
Несколько секунд она слышала только его тяжелое дыхание, а Маккинан, казалось, чего-то ждал. Но грохот не повторился. В тенистом парке, отделяющем больницу от шоссе, стало так тихо, как будто сама жизнь на секунду замерла…
— Что… что это было? — дрожащим голосом произнесла Сильвер.
— Пуля, — глаза Бриана стали холодными, в голосе зазвучал металл.
Поставив ее на землю, он развернул кресло так, чтобы прикрывать девушку от опасной аллеи, хотя между ними и стрелком уже и так была высокая спинка скамейки. Напрягшийся Маккинан, вперивший взгляд куда-то в конец аллеи, несмотря на отсутствие ног и повязки на голове, стал вдруг выглядеть очень сосредоточенным и… пожалуй, опасным. Силь, пытаясь унять предательскую дрожь, тоже всмотрелась туда, где над неширокой дорожкой почти смыкались зеленые ветки, даже в самое жаркое время создавая уютную тень. Она была готова увидеть там что угодно, однако движение все же заставило ее вздрогнуть и попятиться. Откуда-то из кустарника плавно выскользнул серо — черный "сильвер", на котором сидел человек в шлеме и слишком хорошо знакомой ей летной форме. Шустрый "летун" быстро помчался по аллейке прочь и свернул в сторону выезда и шоссе.
— Это "мертвец"… — едва дыша, прошептала Сильвер.
— В любом случае он покойник, — ледяным тоном отрезал Бриан.
Несколько позже, когда покореженной скамейкой занималась служба безопасности, Микаэла Войцеховская лично опросила свидетелей, а Дороти Монтего увезла домой Сильвер, напичканную успокоительными средствами (благо врачи среагировали на ситуацию мгновенно), молодой человек в инвалидном кресле подкатился к общественному комму, установленному в холле больницы.
Осмотревшись, чтобы убедиться, что рядом нет никого, кто мог бы даже случайно услышать не предназначенный для чужих ушей разговор, Бриан активировал коммуникатор и послал запрос на вызов. Прямого номера не было в справочнике, но космопилот летного подразделения номер три Маккинан знал его наизусть.
— Слушаю, — отозвался знакомый голос Габриэля Дольера.
— Здравствуйте, сэр, — парень на всякий случай снова осмотрелся. — У меня для вас важные новости…
Он четко и спокойно излагал все, что узнал за сегодняшний день от Сильвер, и то, что случилось потом. Бриан заранее продумал эту речь, поэтому говорил почти автоматически, а собеседник старался его не перебивать. Беверли Кларк, покупавшая ингредиенты для взрывника и, скорее всего, им же и убитая… Доктор Эсстен, который лечил красотку от депрессии и которого, похоже, похитили… Солнечный блик на стали — случайность или нет, но ему, Бриану, повезло вовремя увидеть дуло ствола, направленного в их сторону… Таинственный "мертвец", буквально несколько часов назад стрелявший — подумать только, из огнестрельного оружия! — в больничном парке… И в центре всего этого — дочь легендарного Александра Фокса, прямой потомок первого командора "Одиннадцати" — Джеймса Фокса, талантливая певица и музыкант, красивая молодая девушка, зеленоглазая лисичка с длинными серебристо — пепельными волосами, похоже, невольная участница всех этих треволнений, которую сегодня пытались убить… Еще когда они разговаривали в парке, Маккинан поймал себя на мысли о том, что гораздо больше, чем поимка убийцы, его интересует безопасность новой знакомой. Бриан мучительно размышлял, как уберечь эту девушку, далекую и близкую, почти небожительницу и одновременно такую земную и хрупкую… Даже во время разговора с Дольером он продолжал думать, что нужно сделать, чтобы обеспечить ее безопасность. Ну и круто же он влип!
Среда, 21 августа, 243 год от Исхода (33 год Седьмого Поколения)
— Научники вычислили, что до следующей потенциально пригодной для жизни планеты мы доберемся примерно через год, — Густав Виллер стряхнул с рукава своего безупречно отглаженного делового костюма воображаемую пылинку. — Командор считает, что с формированием группы можно пока немного подождать, однако хотел бы увидеть списки не позднее чем через четыре месяца.
— Хорошо, они будут предоставлены, — Габриэль Дольер с хмурым видом уставился на тяжелый старомодный блокнот в кожаной обложке, который вертел в руках. — Что говорят медики?
— На данный момент госпожа Орно считает нецелесообразным любые выезды в Пустошь, — заметил Виллер. — Как вы понимаете, она тоже заинтересована в сохранении жизни своих людей.
— Я приложу все усилия к тому, чтобы вовремя предоставить командору списки, — главный "мертвец" пригвоздил собеседника тяжелым взглядом, хотя тот и ухом не повел. — Но он должен понимать сложность ситуации…
— Разумеется, — невозмутимо отозвался помощник командора. — Тем не менее руководство "Одиннадцати" полагает, что вы сделаете все, что от вас зависит.
— Даже не сомневайтесь, — буркнул Дольер. — Сделаю.
