В итоге я собрался с духом и обратился к слепому:
— Привет. У вас что-то случилось?
Слепой вздрогнул от неожиданности, и я мгновенно пожалел о своем решении.
— Нет, нет, ничего не случилось. Просто я... жду кое-кого.
Ну конечно, он кого-то ждет. Какой же я идиот. Кретин с задатками доброхота. Но потом слепой поблагодарил меня за участие, и я почувствовал себя менее неловко. Я пошел прочь. Надежда на чудесное приключение быстро улетучивалась. Когда я был почти у лестницы, слепой вдруг произнес мне вдогонку:
— Вообще-то... не могли бы вы мне помочь?
Я вернулся к нему.
В руке он держал две монеты по пятьдесят пенсов.
— У вас есть монета в один фунт?
Слепой раскрыл вторую ладонь, ожидая, что я вложу ему в руку такую монету.
— Да, конечно... погодите...
Я стал рыться в карманах, сопровождая свои поиски ненужным комментарием, но монеты в один фунт так и не нашел — только пятерку.
— Вы подождите... я сейчас разменяю.
Я затрусил к газетному киоску у станции метро «Боу-роуд» и купил там «Сан» — самую дешевую газету, какая у них была.
Мгновением позже я уже вновь стоял перед слепым.
— Вот, есть одна, — сказал я.
— Чудесно, — отозвался слепой. Я вложил монету в один фунт ему в руку.
И стал ждать, когда он отдаст мне взамен две монеты по 50 пенсов.
Слепой не отдавал деньги.
Вместо этого сказал:
— Замечательно, спасибо.
Я продолжал стоять перед ним.
— Никаких проблем, — сказал я.
И продолжал стоять.
— Мне чуть-чуть не хватало, — объяснил слепой. Монет в 50 пенсов я по-прежнему не видел.
— А-а, — протянул я.
Я подождал еще пару минут, надеясь, что он все-таки вернет мне мои деньги. Я не знал, как мне быть. Поймите меня правильно. Слепой показал мне два пятидесятипенсовика. Значит, он явно хотел обменять их на одну монету в один фунт. И вот, как только я дал ему этот фунт, его монеты исчезли. И что теперь делать? Он же слепой! Я не могу потребовать у слепого, чтобы он отдал мне два пятидесятипенсовика! Это наверняка противозаконно!
— Спасибо, — еще раз поблагодарил меня слепой, явно намекая, чтобы я шел своей дорогой. Очевидно, мое присутствие начинало его раздражать.
— Что ж, ладно, — жалобно промямлил я и побрел прочь, обескураженный этим странным происшествием. У меня было такое чувство, будто меня вымарали в грязи.
Я спустился в метро, нашел нужную мне линию. Бог с ним, думал я. По крайней мере, теперь у меня есть газета, хоть почитаю в дороге. Все какая-то польза.
Весело напевая себе под нос, я принялся просматривать газету, страницу за страницей, знакомясь с последними новостями. И так поглощен я был чтением, что даже не поднял головы, когда из газеты на колени мне вывалилось что-то. Только через две остановки я сообразил, что вывалившийся вкладыш, на первый взгляд, представлял собой нечто вроде рекламы. Я уже собрался было вновь погрузиться в чтение, но мое внимание вдруг привлекла надпись на вкладыше. Это была какая-то лотерея. Лотерейный билет с выскребным сектором. И с инструкцией.
Приглашение.
Шанс!
ВЫИГРАЙ МИЛЛИОН!
С удовольствием!
Так, стоп. Каким образом?
Я пробежал глазами правила на обратной стороне вкладыша. В них говорилось, что где-то в газете помещены шесть номеров. Нужно было сверить эти номера с номерами на лотерейном билете и затем стереть их. Если в трех выскребных секторах окажется три одинаковые суммы, значит, это и есть ваш выигрыш. Проще простого!
Я принялся искать в газете номера и, к своему удовольствию, обнаружил, что все шесть совпадают с номерами на моем бесплатном лотерейном билете. Я одурел от радости. Бросил взгляд направо, потом — налево, дабы убедиться, что за мной никто не наблюдает. Как и вы, я прекрасно понимаю, что лотерейные билеты, которые вкладывают в газеты и журналы, — это чистейшее мошенничество. В детстве я всегда попадался на эту удочку. «Молодец! — читал я на билете. — Ты выиграл большой приз!». И я бежал к телефону, набирал указанный номер, тратя 14 фунтов родительских денег, и в результате выяснял, что я выиграл отнюдь не один из тех больших призов, что заявляли на билете — яхту или широкоэкранный телевизор последней модели и т.д., — а всего лишь заколку для волос.
Но сейчас — не время для колебаний. С нерешительностью покончено.
Я стер первую полоску.
25 000.
Ого! Неплохое начало! 25 000 фунтов!
Я поднял голову, гордый своим последним достижением, но рядом не было никого, кто мог бы меня поздравить, поэтому я продолжил свое занятие.
Стер вторую полоску.
25 000.
Великолепно! Еще 25 000 фунтов! Осталось найти последние «25 000», и баснословные богатства у моих ног. Но, как нам с вами хорошо известно, лотерейные билеты действуют по другой системе. Они бросают вас в трепет, даруют мгновение эскапизма, так что вы начинаете верить, будто у вас появился шанс начать совершенно новую жизнь, а потом убивают ваши надежды так же быстро, как и пробуждают их. О да, я знаю, как это бывает. Я знаю, чего ожидать. В этом деле опыта у меня больше, чем у наивных мальчиков, мечтающих о крупном выигрыше; в этом деле опыта у меня больше, чем у всех остальных читателей газеты «Сан». Я стер третью полоску и увидел...
