прекратятся.
— Пусть лучше Ханна считает меня чокнугым, чем думает, будто я опять ввязался в очередной дурацкий
мальчишеский проект. Тем более что это не так.
— Именно так.
— Помощи от тебя никакой, Иан.
— Никакой помощи? Сначала я веду себя непоследовательно, теперь вот — никакой помощи! Я только и
делаю, что помогаю тебе! Если б не я, твой Омар давно отмутузил бы тебя в Амстердаме!
— Или я получил бы десять миллионов долларов.
Иан расхохотался.
— Держи карман шире. Недоумок.
Я вдруг жутко обиделся. Мне и так столько всего пришлось пережить за вечер, и я должен сидеть сложа руки
и слушать, как меня называют недоумком только потому, что я осмелился поверить в своего ближнего?
— Недоумок?! Я не недоумок!
Я понял, что среагировал слишком остро.
— Я просто хочу сказать, Иан... возможно, Омару в самом деле грозит опасность! Вполне возможно!
— Мы уже об этом говорили! Я все тебе доказал! Этот человек — мошенник! А ты — тупица! И
эксперимент твой бессмысленный и тупой!
— Вовсе нет! И я это докажу! И я не тупица! Ты продолжаешь настаивать, вопреки всем письменным
свидетельствам, что Омар не может быть, никак не может быть
не мошенником, да? Что он не сын убитого султана? Да я просто пытаюсь рассуждать по-человечески, Иан!
Иан лишь смотрел на меня.
— У меня была блестящая идея, как наказать тебя. Но теперь я от нее откажусь. И придумаю что-нибудь в
сто раз хуже.
— Прекрасно.
— Прекрасно.
— Прекрасно.
—
В тот вечер я покинул паб не в лучшем расположении духа. Две пинты пива, выпитые с Ианом, бутылка вина
— с Ханной и Себом, а также Унижение, которому я подвергся, не способствовали хорошему настроению. У
меня засосало под ложечкой, поэтому я остановился у палатки на Роуман-роуд, где торговали жареной
картошкой, и купил пакет чипсов и банку фанты. Торговец предложил мне на выбор три вида чипсов —
заправленные уксусом, кетчупом или соусом чили, — и я купил все три, но на полпути к дому меня от этой
гремучей смеси вырвало.
Дома я включил компьютер и пошел делать себе бутерброд.
Ну да, конечно, думал я. Даже если не принимать в расчет спор с Ианом, моя тактика согласия сегодня мне
порядком навредила. Правда, были и положительные моменты. И, кто знает, может, благодаря этим
положительным моментам мы с Ханной в итоге станем близкими друзьями.
Засигналил мой сотовый.
Сообщение от Ханны.
ЖОПА.
Другого и не следовало ожидать, хотя не исключено, это — исковерканное норвежское слово, обозначающее
что-то приятное — например, цветы или милый малыш.
Я вздохнул и напомнил себе: придерживайся позитивного мышления. Тактика согласия приносит мне только
хорошее.
И в скором времени принесет еще что-нибудь положительное. Еще один позитив. Тогда уж Иан заткнется раз
и навсегда. Это будет здорово. Супер. Иан еще попляшет у меня. Поймет, что нужно верить в проекты!
Признает, что я не тупица и не «жопа».
В ящике моей электронной почты меня ждало только одно сообщение.
От некоей доктора Молли Ван Брейн.
Она доводила до моего сведения, что я только что выиграл $ 20 миллионов в Испанскую лотерею.
Странно, подумал я. Ведь я даже не участвовал в Испанской лотерее.
И теперь доктор Молли Ван Брейн приглашала меня приехать за выигрышем лично к ней.
Мне нужно было только сесть в самолет.
И полететь в Голландию.
ГЛАВА 8
В которой Дэниел ищет приключения
на свою голову
Меня одновременно возбуждало и пугало то, что я прямиком перескочил на уровень 5.
Разумеется, зря я пустился во все тяжкие. Теперь я это смело могу признать. Иан уже доказал мне, что 99%
завлекаловок, присылаемых по электронной почте, — это проделки мошенников, стремящихся заманить в свои
сети и облапошить доверчивых злосчастных простаков. Но ведь остается еще один процент. А один процент из
ста — не так уж мало. Вспомните хотя бы мой выигрыш в лотерею, которую я купил вместе с газетой «Сан».
Тогда ведь все было против меня. Это ли не доказательство того, что моя тактика согласия способна приносить
желаемые плоды...
Но я знал, что сказал бы Иан на все эти мои рассуждения. Обозвал бы меня тупицей. Заявил бы, что доктор
Молли Ван Брейн вовсе не доктор. И не Молли. И даже не Ван Брейн.
Но подождите... попробовать-то стоит. Это — стоящая попытка. Почему бы не ответить согласием?
У меня было такое ощущение, будто мир немного сместился. Я оказался в совершенно новой, удивительной
вселенной. Во вселенной, сотканной из вопросов, начинающихся со слов: «Ачто, если...?»
Как, например...
А что, если я и впрямь выиграл в «Испанскую лотерею»?
И...
А что, если прямо сейчас в какой-то комнате в Амстердаме некая женщина-доктор считает и пересчитывает
мои 20 миллионов долларов и говорит: «Ну, надеюсь, хоть этот объявится; все остальные, к сожалению, просто
проигнорировали мои электронные сообщения...».
Маловероятно, конечно. Но заманчиво.
Сидя в поезде, который вез меня в город, я еще раз прочитал ее послание.
«Наши поздравления победителю! — говорилось в нем. — ВАС ПРИВЕТСТВУЮТ ОРГАНИЗАТОРЫ
МЕЖДУНАРОДНОЙ ЛОТЕРЕИ "СКАЙЛОУ"».
