Человек и глобус полностью

Прошло несколько лет. Сцена представляет зал чайной. Входная дверь, рядом вешалка, за темной занавеской умывальник. Застекленный прилавок, за ним большой буфет, над ним повешен недурно написанный маслом пейзаж. Дверь на кухню с окошечком для выдачи блюд. Прикрытая драпировкой дверь в остальную часть дома, где имеется комната «для командированных». Несколько квадратных столиков накрыто простенькими, но очень чистыми скатертями. За угловым столиком сидит  К у т и н, К а т я  несет ему чай.

К а т я (Кутину). Мало ты изменился за четыре года.

К у т и н. На кладбище не тороплюсь.

Входит  С о н я.

С о н я (Кутину). Наверное, шутят, говорят, будто на станции столько машин сгружают — прямо тьма-тьмущая. И все новенькие, каких мы и не видели.

К а т я. А чего ты, чумичка, видела? (Кутину.) Пожалуйста.

К у т и н (Соне). Да, сгружают.

С о н я. Проезжий сказывал. (Мечтательно.) Люди новые появятся. Из больших городов. Может быть, из самой Москвы.

К а т я. Обрадовалась. (Идет к прилавку, запинается о чемодан.) Ты лучше выкинь эти вещи. Чего они на глазах валяются?

С о н я. Куда их денешь? «Я, говорит, на часок отлучусь, посмотри за ними». И как вчера ушел, так и пропал.

К а т я (передразнивает). Пропал! (Кутину.) Вот с этакой дитяткой приходится людей обслуживать. Кушайте.

К у т и н. Ты присаживайся.

К а т я (тихо). Ее спроважу. (Соне.) Ты знаешь, что в этих вещах?

С о н я. Они ж чужие.

К а т я. Известно. Когда-нибудь тебе этаким же манером такое оставят, что горя не оберешься. Разрежут человека на части и подбросят…

С о н я (испуганно). Ну вот… Где же мне его искать?

К а т я. Побегай вокруг, посмотри, поспрашивай. Посетителей все равно нет. Не найдешь — заяви участковому.

С о н я. Вот еще беда. Пожалей, поверь, а потом… (Одевшись, уходит.)

К а т я (садится). Откуда недотепы берутся? Заведующую слушается, как мать родную. Что та ни скажет — закон. Покорила девку. Той есть что порассказать, а дуреха рот раскроет, глазищи на лоб выкатит и замрет.

К у т и н. Откуда заведующая?

К а т я. Бес ее знает. Райком, говорят, направил. После тебя вскорости, в один день с поварихой, появилась. Такое же сокровище. Как сядут на принцип, как разведут агитацию — конец.

К у т и н (смеется). С Анфисой-то я давненько знаком… А ту как звать?

К а т я. Анной Вадимовной…

К у т и н. Ничего баба?

К а т я. Не могу ее раскусить. Что-то у нее есть… Что-то она вынашивает. Вначале все твердила: «Вот, девочки, накоплю денег на дорогу и уеду в родной город». И четвертый год — никуда. Как вросла.

К у т и н. А копит?

К а т я. Какой — копит! Свое приплачивает. Зато порядки завела: считай тютелька в тютельку, до копеечки, подавай — ни на грамм не смей ошибиться. Хватил посетитель через край — отчитает: «Зачем спаиваешь?» Шоферам строго-настрого запрещает водку подавать. Житье! Дура, тебя послушалась. Бросила такое место в Каменке! Что прежде завела, с тем и осталась. А ты — хорош друг. Переманил и смылся.

К у т и н. Ай-яй! Голову потеряла? Действуй с умом. Пусть они принципы разводят, а ты знай свое — отщелкивай расход-приход. (Вздохнув.) Трезвых, конечно, труднее обсчитывать.

К а т я. И чего тебя понесло на рыбалку?

К у т и н (стучит по лбу). Балансовая комиссия подвела. Поосторожничал и промахнулся. Теперь соображай, как эту паву со своего места сковырнуть.

К а т я. Придумай.

К у т и н. Можно так. Ревизия к первому числу приедет, а в кладовой недостача. А?

К а т я. Сумеешь?

К у т и н. Ключи надо.

К а т я. Боязно.

К у т и н. Тогда сшибай двугривенные. Или подбирай с пола, когда кто обронит. (Пауза.) Навели культуру. Разве тут человек развернется, разгуляется, когда плюнуть свободно нельзя? Эх, вы, коммерсанты! А ты соображаешь, какие дела надвигаются? Начнется стройка — шальные денежки потекут. Махнешь рукой — и полная горсть.

К а т я (взглянув в окно). Смотри!

Оба бросаются к окну.

К у т и н. В районе таких машин нет. Высокое начальство покатило. Не разглядела кто?

К а т я. Хорошенько не успела. Куда это помчались? И не остановились.

К у т и н (садится на место). Куда, куда? Нас с тобой не спросят. Да, зевать теперь некогда. Интересно, где будут строить? Если как думали Фролов да Илюхин, то здесь. Под самым боком.

К а т я. Узнаем.

К у т и н. А мне, Катерина, это сейчас надо знать.

К а т я. Позапрошлый год приезжала какая-то бригада или комиссия…

К у т и н. Ну и что?