Она исчезает в пустоте, и снова вокруг — Ничто; кажется, что все сущее замерло в бесконечной паузе. Но вот откуда-то еле слышно доносится крик человека. Потом на посветлевшем фоне смутно обрисовывается контур горной вершины. Небо вернулось на свое место; и мы вдруг вспоминаем, где мы. Крик ближе, отчетливее; можно различить слова: «Автомобиль! Автомобиль!» И тогда сразу восстанавливается действительность: утро в горах Сьерры; уже совсем светло, и бандиты со всех сторон несутся к дороге, куда, сбегая со скалы, указывает пастух. Тэннер и Мендоса поднимаются в недоумении и растерянно смотрят друг на друга. Стрэйкер прежде чем встать на ноги, садится и зевает во весь рот, считая ниже своего достоинства проявлять какой-либо интерес к взволнованной беготне бандитов. Мендоса быстрым взглядом удостоверяется, что все его люди отозвались на тревожный сигнал, потом вполголоса заговаривает с Тэннером.
Мендоса. Вам что-нибудь снилось?
Тэннер. Какая-то чушь. А вам?
Мендоса. Тоже; только я забыл, что именно. Но помню, что видел вас.
Тэннер. А я — вас. Странно!
Мендоса. Я ведь вам говорил.
На дороге раздается выстрел.
Болваны! Какого черта они балуются с ружьем?
Бандиты в панике бегут назад.
Кто стрелял? (
Дюваль (
Анархист. Говорил я вам, что прежде всего нужно уничтожить государственную власть. Теперь мы все пропали.
Шумный социал-демократ (
Мендоса (
Все останавливаются.
Что случилось?
Мрачный социал-демократ. Машина…
Анархист. Трое мужчин…
Дюваль. Deux femmes[167].
Мендоса. Трое мужчин и две женщины! Что же вы не привели их сюда? Испугались?
Шумный социал-демократ (
Мрачный социал-демократ. У выхода из долины — два броневика с солдатами.
Анархист. Они стреляли в воздух. Это сигнал.
Стрэйкер насвистывает свою излюбленную песенку, которая в ушах бандитов отдается похоронным маршем.
Тэннер. Это не охрана, а экспедиция, снаряженная для поимки вашей банды. Нам тоже советовали подождать ее, но я торопился.
Шумный социал-демократов (
Мендоса. Дались вам эти горы, болван. Вы что, испанец? Первый же встречный пастух вас выдаст. И потом все равно они уже на расстоянии выстрела от нас.
Шумный социал-демократ. Но…
Мендоса. Довольно! Предоставьте мне действовать. (
Стрэйкер. К кому это вы лезете в дружбу?
Мендоса. Вчера преимущество было на моей стороне. Грабитель бедных был в руках у грабителей богатых. Вы протянули мне руку; я пожал ее.
Тэннер. Я не стану предъявлять никаких обвинений, друг. Мы приятно провели у вас вечер — вот и все.
Стрэйкер. На меня не надейтесь. Я руки не протягивал никому.
Мендоса (
Стрэйкер (
