Там, на этих равнинах, жили сильные и красивые животные — бизоны. Первый белый человек, увидевший их, был английский моряк Самуэль Арголль, поднявшийся в 1612 году на судне в верховья реки Потомак. Арголль был поражен количеством бизонов. Позже путешественники писали, что видели стада, двигавшиеся сомкнутыми рядами, и каждое такое стадо занимало пространство примерно в 40 километров шириной и в 80 длиной. Путешественники подчеркивали не только многочисленность, но и добродушие бизонов: огромные и могучие (вес взрослого бизона достигает 1200 килограммов), они охотно уступали дорогу животным, которые были и меньше и слабее их. Человек, который случайно оказывался в середине стада, мог выбраться из него невредимым.
Позже ученые определили, что на равнинах было несколько десятков миллионов голов бизонов.
И вот в равнины потянулись белые. Всякий, кто мог мало-мальски стрелять и держаться в седле, отправлялся на охоту.
А в 1801 году на равнине уже не осталось ни одного бизона.
Через 32 года не осталось ни одного бизона на всем пространстве от Нью-Йорка до Миссисипи.
Но бизоны еще оставались на Западе. По приблизительным подсчетам, их там было около 60 миллионов. И армия охотников ринулась туда.
Однако бизонов истребляли не только охотники — уничтожение бизонов имело и политический смысл.
Бизоны кочевали по равнинам, а вслед за ними переходили и индейские племена: бизоны для индейцев были основой жизни. Люди питались мясом этих животных, шили одежду и обувь из шкур бизонов, эти же шкуры служили им постелью, крышей и стенами жилищ; натянутые на рамы, шкуры становились быстрыми и легкими лодками. Из сухожилий индейцы делали тетиву луков, из шерсти сплетали веревки и лассо, из костей делали инструменты, начиная от иголки и кончая молотком, из рогов — посуду, рукоятки для ножей.
Конечно, индейцы охотились на бизонов. Но убивали они лишь столько животных, сколько было необходимо для жизни племени. Зато индейцы и спасали немало телят — беспомощных бизончиков, за которыми охотились степные волки — койоты.
Ко времени открытия Америки Колумбом не меньше ста тысяч человек, как считают сейчас ученые, жили на «землях бизонов» и жили за счет этих животных. И тем не менее количество бизонов не уменьшалось.
Бизоны кормили и одевали индейцев, и это помогало гордым и свободолюбивым людям оставаться независимыми, несмотря на все старания пришельцев. И тогда, бессильные покорить индейцев, завоеватели пошли в поход на бизонов. Специальные отряды солдат и «добровольцы», которых военные власти бесплатно снабжали боеприпасами, начали планомерное наступление. Отряды шли по «бизоньим тропам» — по дорогам, которые прокладывали в прериях и на равнинах кочующие животные. И трупы бизонов усеяли эти тропы. Истребители бизонов не могли унести с собой даже самую небольшую часть трофеев. Их задачей было другое — обречь индейцев на голодную смерть. И в конечном итоге они добились своего — гордые сиу и другие племена, лишившись своих кормильцев, погибали от голода и холода.
Но пока на Севере солдаты и охотники убивали бизонов во имя уничтожения индейцев, на Юге тоже началось истребление этих животных.
1 июля 1862 года президент США подписал закон об учреждении объединенной Тихоокеанской и Центральной тихоокеанской железнодорожных компаний. Началось строительство дороги от Чикаго до Сан-Франциско. Предприниматели быстро сообразили, что рабочих можно кормить отличным и дешевым мясом. И вот специально нанятые отряды занялись охотой на бизонов. Возможно, если бы дело ограничилось только этим, трагедии бы не произошло: в конце концов, не так уж много требовалось мяса строительным рабочим и, когда дорога была построена, в живых осталось еще достаточное количество бизонов. Но охотники уже привыкли к легкой добыче, привыкли убивать, не рискуя собственной жизнью, — кроткие и пугливые великаны не делали даже попыток напасть на своих убийц. Встречаемые градом пуль, они старались как можно скорее уйти подальше от опасности, но не могли даже этого сделать: стиснутые со всех сторон друг другом, они в ужасе метались, продолжая оставаться под выстрелами.
Часто у животных вырезали только языки; часто, убив тысячи бизонов, лишь у двух-трех вырезали по куску мяса для еды.
Равнины Америки от озера Эри до Техаса забелели костями бессмысленно убитых животных. А открывшаяся Тихоокеанская железная дорога, рекламируя поездки, зазывая пассажиров, объявляла об удивительной охоте: прямо из вагона, безо всяких усилий!
Реклама не обманывала: доверчивые животные продолжали еще пастись около линии железной дороги. Когда поезд подходил к такому мирно пасущемуся стаду, машинист замедлял ход. И изо всех окон, с крыш, с тормозных площадок гремели выстрелы. Потом поезд шел дальше, а сотни животных оставались лежать у полотна: пассажирам они были не нужны, им важно было сделать выстрел — убить.
