– Да-да, в 210-м, – кивнула администраторша. – Я помню. Очень представительный мужчина.
– Ну вот его-то мы и побеспокоим! – решительно сказал Марченко, словно бы только что это решив. – Он у себя в номере?
– Да.
– Точно? Может, куда вышел? Это можно уточнить?
– Да. Сейчас я позвоню, – кивнула администраторша.
– Стоп! – остановил ее Марченко. – Ему звонить не надо! Чтобы все было естественнее.
– Так я не ему, я дежурной по этажу.
– А-а, дежурной можно, – разрешил полковник.
Администраторша сняла трубку, набрала номер и коротко переговорила с дежурной по второму этажу.
– Он у себя, – кивнула она.
– Точно?
– Да. Дежурная видела, как он вошел.
– Отлично! – потер руки Марченко. – Тогда командуйте, майор!
Так и не дочитав стихотворения до конца, Логинов снова плеснул в стаканы коньяка. Алена посмотрела на него и спросила:
– За что пьем на этот раз?
– На этот раз, – серьезно сказал Виктор, – давай выпьем за то, чего уже никогда не будет.
Алена удивленно посмотрела на него. Он передернул плечами и скороговоркой пояснил:
– В общем, сегодня годовщина образования подразделения, в котором я служил! Для меня это очень важно, хотя все уже в прошлом.
Так толком ничего и не объяснив, Виктор залпом выпил коньяк. Алена после паузы спросила:
– Ты имеешь в виду эту, «Альфу», что ли, которую только что по телевизору показывали? Ты служил в ней, да?
– Да. Только я имею в виду не эту «Альфу», а ту, настоящую, которой уже нет.
– Не поняла, – покачала головой Алена. – Объясни, пожалуйста.
– А что тут понимать? – вздохнул Логинов. – Ту знаменитую «Альфу», о которой все знают, развалил Ельцин после 1993 года, когда мы отказались штурмовать Белый дом. За несколько лет практически все кадровые «альфовцы» разбежались кто куда… В бизнес, охранные структуры. Последним из могикан был полковник Савельев, начальник штаба «Альфы», но он погиб в конце 1997 года, при освобождении шведского дипломата…
– Это которого свои же расстреляли из пистолетов? – вспомнила Алена.
– Можно и так сказать, – вздохнул Логинов. – Но приговорили его к смерти не «альфовцы», а продажные политики, которые боялись «Альфы» со страшной силой. С гибелью Савельева эпоха «Альфы» закончилась.
– Как закончилась? А заложники «Норд-Оста»? Ведь их освободила «Альфа»?
– «Альфа», – кивнул Логинов, – да не та.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что до 1993 года, то есть до начала развала «Альфы», при проведении операций по освобождению заложников ни один из них не погиб. Понимаешь – ни один за девятнадцать лет! Вот это была «Альфа». А теперь… Я никого не хочу обижать, но, как говорил один философ, нельзя дважды войти в одну реку. Для меня «Альфа» была одна. И другой уже не будет.
Алена немного помолчала, потом вдруг положила свою ладонь на руку Логинова и понимающе сказала:
– Для тебя много значила служба в «Альфе», да?
– Для меня она значила все… – ровным голосом сказал Логинов.
Потом дернул головой, словно бы отмахиваясь от тягостных мыслей, поднял глаза на Алену и вдруг улыбнулся:
– Извини, что «загрузил» тебя.
– Ничего, я тебя прекрасно понимаю, – сказала Алена. – Я ведь тоже очень сильно любила свою работу. И когда меня ее лишили, я очень сильно это переживала…
– Тебя лишили работы?
– Да, – вздохнула Алена. – Я преподавала русский язык и литературу. А потом, когда начались все эти дела с независимостью, программу по этим предметам в Казахстане сильно урезали и меня по молодости сократили. Вот и пришлось поневоле становиться бизнес-леди.
– Не было бы счастья, да несчастье помогло?
– Да. Правда, сейчас разум восторжествовал, программы потихоньку восстанавливают, меня даже обратно в школу приглашали, правда, пока на полставки… Но, как сказал один философ, нельзя дважды войти в одну реку. Да?
– Да, – кивнул Виктор и засмеялся. – Ну и знакомство у нас вышло. Два лишенца изливают друг другу души и топят тоску в коньяке. Кошмар. Может, это и вправду судьба? Может, она нас действительно столкнула неспроста?
– Я не верю в судьбу, – покачала головой Алена. – И тебе не советую. А насчет нашей встречи – так судьба тут ни при чем. Все подстроено…
Потрепанный микроавтобус с надписями на немецком языке подрулил к торцу гостиницы. В тот же миг открылась дверь пожарного выхода. На невысоком крылечке появился полковник Марченко. Учитывая, что армейских касок с встроенными рациями не бывает, командовать ему пришлось голосом.
– Двое под стенкой выдвигаются к четвертому балкону от угла, – облокотившись о перила, проговорил Марченко. – Наш клиент может выпрыгнуть, второй этаж для него это – тьфу… В этом случае тут же используйте светошумовые гранаты. Если и это не поможет и он начнет уходить, тогда стреляйте на поражение. Ясно?
– Так точно! Разрешите выполнять? – ответил за двоих конопатый капитан.
– Отставить! Выдвигаться только по команде! Команду получите по рации! Держите… А пока займите позицию возле угла и не высовывайтесь!
– Есть! – ответил капитан, взяв протянутую рацию.
– Остальные за мной! – кивнул Марченко.
