– Да-а, – покачал головой директор. – От пограничников ничего? Никаких сведений не поступало за это время?
– Никак нет…
Директор снова побарабанил пальцами по столу и сказал вслух то, что так и не решился произнести Томилин:
– Значит, ты, Николай Афанасьевич, считаешь, что Логинов обвел Марченко вокруг пальца и ушел?
– Я думаю, да. Двенадцать часов – слишком большой срок. За это время вполне можно добраться и до Кавказа, и до Ирана, и до Узбекистана.
– Твои предложения?
– Пусть Марченко продолжает работать, – пожал плечами Томилин. – Я пока даже не буду настаивать на том, чтобы отстранить его от дел… Он Логинова упустил, он его пусть и ищет. Три, четыре, пять дней – сколько понадобится.
– Не понял, – тряхнул головой директор, – а ты что – решил умыть руки, Николай Афанасьевич? Самоустраниться?
– Нет, конечно! – обиделся Томилин. – Просто этого Логинова, судя по всему, с кондачка, голыми руками не возьмешь. Вот я пока с аналитиками и прикину, на чем его все-таки можно прищучить… Где-то ведь у него должна быть слабинка!
«Шифротелеграмма ь… от…
Совершенно секретно
Весьма срочно
Начальнику ГУ контрразведки ФСБ
генерал-полковнику Томилину Н.А.
Настоящим довожу до вашего сведения, что сегодня мной, полковником Марченко Ф.Ф., проведены консультации с представителями казахстанских силовых структур. На встречах был обсужден ход поисков Логинова В.П.
За трое суток, прошедших с тех пор, как Логинов пересек границу Казахстана, на его след напасть так и не удалось. В то же время по-прежнему нет никаких сведений о возможных сообщниках Логинова В.П., которые могли бы помочь ему укрываться на территории Казахстана.
В сложившейся ситуации казахстанская сторона считает дальнейший розыск Логинова В.П. нецелесообразным и с завтрашнего дня сворачивает все связанные с этим мероприятия.
Прошу ваших указаний о дальнейших действиях.
Только-только генерал Томилин успел прочитать шифротелеграмму, как его срочно попросил к себе директор ФСБ.
– Вызывают меня на ковер на Старую площадь, Николай Афанасьевич! – объяснил он, едва Томилин вошел в кабинет. – Что у нас нового по Логинову? Не напали на его след?
– В Казахстане нет, товарищ генерал армии, – покачал головой Томилин. – Вот, только что получил от Марченко…
Директор пробежал глазами текст шифровки и посмотрел на Томилина:
– Ясно… И что ты предлагаешь?
– А что тут предлагать? «Альфовцев» отзову, нечего им больше там болтаться, а Марченко со своими сотрудниками пусть копаются дальше. Может, чего и накопают до визита президента.
– Да с Марченко понятно! – махнул рукой директор. – Я тебя спрашиваю, что ты с Логиновым предлагаешь делать?
– Я не предлагаю, я уже делаю, товарищ генерал армии! Аналитики обработали информацию, дали предложения, кое-что я от себя добавил… Думаю, рано или поздно мы Логинова выявим. Даже у суперменов бывают слабые места.
– Это понятно! А конкретно?
– Конкретно, зацепок всего три. Деньги на его счету, дочка и друзья.
– Объясни! – потребовал директор, покосившись на часы. – Но покороче. У меня всего несколько минут.
– Ну, с деньгами все ясно, – пожал плечами Томилин. – Рано или поздно он свои тридцать сребреников захочет забрать или перевести куда-нибудь. Поэтому подполковник Шадрин из Стамбульской резидентуры завел небольшой любовный роман… Со служащей банка. С ее помощью, как только Логинов попытается провести какие-либо операции со своим счетом, мы об этом сразу узнаем.
– Будем надеяться! – кивнул директор, снова посмотрев на часы. – А что с дочкой?
– С дочкой печальная история, – развел руками Томилин. – Логинов в ней души не чаял, и она тоже отвечала ему взаимностью, а вот жена его разлюбила из-за нищенской зарплаты и ушла к какому-то коммерсанту. Для Логинова это стало ударом. Не исключено, что именно из-за этого он и пошел на предательство. В том смысле, что Логинов сделал это, чтобы заработать денег. В таком случае он обязательно рано или поздно попытается увидеть дочку… Ну или хотя бы передать ей через кого-то деньги. В любом случае контакт неизбежен, так что мы за ней следим.
– Ясно! А что с друзьями?
