Они поглядели ему вслед и принялись весело шутить по поводу того, что он такое интересное вычитал.
— Нашел родственную душу, — сказал один.
— По-моему, родственные души в наши дни все повывелись, — откликнулся другой.
— Обнаружил средство от мозолей!
— Нет, решил посоветоваться с другом.
Вскоре о нем забыли.
Грант стоял в телефонной кабинке, и нетерпеливый господин в туфлях из дорогой кожи, ждущий своей очереди, уже начинал подумывать, что он вообще решил оттуда не выходить. Грант же разговаривал с кинознаменитостью Оуэном Хьюджедом. Только поэтому господин в модных ботинках и не шел к другой кабинке: он надеялся услышать что-нибудь из их разговора. Как он понял, речь шла о том, упомянул ли кто-то в своем письме о чем-то.
— Ах, так упомянули? Спасибо. Это все, что я хотел узнать. Только, пожалуйста, никому ни слова про то, о чем я вас спрашивал.
Вслед за этим Грант попросил соединить себя с речной полицией и плотнее прикрыл дверь, чем привел ожидающего господина в полное отчаяние.
— Скажите, у того, кто живет по Ривер-Вок, двести семьдесят шесть, имеется моторная лодка?
На другом конце навели справки и сообщили:
— Да, имеется. Скоростная.
— Для морского плавания пригодна?
— Да, при необходимости. Кажется, ею пользуются для охоты на водоплавающую дичь.
— Используют ли ее для плавания вниз по Темзе?
— Да, используют.
Грант осведомился, смогут ли они в виде большого одолжения предоставить ему свою моторную лодку часа через полтора, и, получив согласие, позвонил Баркеру. (К этому времени господин в модных ботинках оставил всякую надежду что-нибудь услышать и удалился.) Он попросил передать Вильямсу, если тот появится до его приезда, чтобы тот ждал его у вестминстерского причала. Если не будет Вильямса, то пусть пошлют Сангера.
Грант воспользовался тем, что в период ленча движение на улицах сравнительно небольшое, и на тех участках дороги, где не было ограничителей скорости, превзошел сам себя в искусстве деликатного вождения машины и добрался без происшествий. Он нашел Вильямса в условленном месте — правда, несколько запыхавшегося, поскольку он только что прибыл из Ярда, — и отправил назад разочарованного Сангера. Вильямс был полон решимости по мере возможности до конца участвовать в событиях и не желал никому уступать этой чести, тем более что Баркер предупредил его — должно произойти нечто чрезвычайно важное.
— Ну, вероятно, достопочтенный отче был поражен?
— Не столько он, сколько сам брат Алоиз. Ему и в голову не приходило, что мы его можем зацепить. По тому как он себя повел во время ареста, думаю, не только наша полиция им интересуется.
— Нисколько не удивлюсь, если так и окажется.
— Куда мы направляемся, сэр?
— В район Челси-Рич. Излюбленное место художников и исполнителей народных танцев.
Вильямс заботливо оглядел своего шефа и с удовлетворением отметил, что после возвращения юного Тисдейла вид у Гранта стал значительно лучше.
Полицейский катер подошел к берегу возле Ривер-Вок, двести семьдесят шесть, у того места, где стояла большая, окрашенная в стальной цвет моторная лодка. Он осторожно стал приближаться к ней, пока два судна почти не соприкоснулись бортами. Грант шагнул в лодку.
— Пошли со мной, Вильямс, — приказал он. — Мне нужен свидетель.
Кабина оказалась запертой. Грант бросил взгляд на дом напротив и покачал головой:
— Придется рискнуть. Я уверен, что на этот раз не ошибаюсь.
В присутствии речной полиции он сломал замок и вошел в кабину. Там было так, как и должно быть в кабине морского судна: все было на своих местах и блестело, как новое. Грант начал методически проверять ящики. В одном из них, носовом, нашел то, что искал. Непромокаемое пальто. Черное. Купленное в Канне. С оторванной пуговицей на правом обшлаге.
— Заберите, Вильямс, и пройдемте со мной в дом.
Горничная сказала, что мисс Китс дома, и вышла, оставив их внизу в столовой. Комнату отличало отсутствие каких бы то ни было украшений, все здесь выглядело холодным и строгим, но вполне современным.
— Больше походит на клинику, где удаляют аппендицит, чем на место, где едят бифштексы, — заметил Вильямс.
Грант не ответил.
Лидия вошла с улыбкой. Браслеты ее звенели, бусы клацали.
— Извините, что не приглашаю вас наверх, но мои клиенты могут неверно истолковать ваш дружеский визит, мой дорогой Лев.
— Значит, там, у Марты, вам было известно, кто я?
— Разумеется. Вы недооцениваете мой дар ясновидения, милый мистер Грант. Почему бы вам не представить вашего приятеля?
— Это сержант Вильямс.
Грант заметил легкое замешательство, тем не менее, здороваясь с Вильямсом, она сохранила спокойствие. Но тут она увидела, что он держит под мышкой.
— Зачем вам мое пальто? — спросила она резко.
— Так это ваше пальто? То, что было в одном из ящиков в кабине моторки?
— Конечно, мое! Как вы посмели проникнуть на лодку?! Кабина всегда на замке!
