— …Степень неприемлемости последствий, выражаемая условными единицами — потерями, которые может понести активное лицо…
О да, потери! Активное лицо, то есть научный мир, обязано четко себе представить, какие последствия для самой философии научного познания могут выйти, если принять всерьез его заявление. И если только не выступят другие, одновременно и независимо. Да… задача!..
Вероятно, не зря он предоставил свободу выбора, не зря обратился именно к ученому. Может быть, не так уж назрела необходимость корреляции научного прогресса: Если бы опасность была очевидной, ОН принял бы конкретные меры. По крайней мере, выразился бы точнее.
Уж тебе-то мог бы сказать прямо. Следовательно, в принципе…
Нет! Проклятый клочок бумаги! Это же факт, предъявленный именно тебе, но не просто частному лицу, а представителю земной цивилизации. Утаить его — значит взять на себя ответственность решать за все человечество.
И так плохо, и эдак не лучше.
…Англичанин отвечал на последнюю записку. В глубине сцены Володя и двое сотрудников уже возились с доской, подтаскивая ее поближе…
…Председатель сделал Анатолию Николаевичу приглашающий жест — пора. Профессор нечувствующими пальцами развязывал тесемки своей папки. Зачем? Неужели он будет делать доклад? Он поднялся. В виске его мелко пульсировала жилка. А может быть, все-таки это был гениально сыгранный спектакль? Все от начала и до конца: и сцены в институте, и разговор в ресторане, и прогулка по ночному городу. А задачу жрецов внушили, когда находился в бессознательном состоянии…
Может быть. Все может быть в этом бесконечно сложном мире.
Что же делать? Что?
Профессор поднялся и пошел вдоль стола к трибуне…
События, о которых здесь пойдет речь, произошли на одной из планет одной из отдаленных галактик нашей необозримой и прекрасной Вселенной. В полном соответствии с законами мироздания жизнь в той галактике вылилась в многочисленные белковые формы, в том числе и гуманоидные, а на планете Астра почти в точности скопировала земную. Повторилось все: животный мир, география, расы, отчасти языки и отчасти даже история, и этому не следует слишком удивляться.
Возможность существования планет-двойняшек суть гипотеза, давно известная науке. Ведь эволюция — это не только законы, но и немножко игра, а в игре выпадают иногда довольно сложные и почти одинаковые комбинации. Мы сказали «почти», потому что полного совпадения, конечно, быть не может.
В отличие от законов природы исторические законы не столь неумолимы и оставляют людям свободу выбора в критические моменты. В один из таких моментов жители Астры сделали свой выбор.
Человеку свойственно стремиться к удовольствию и избегать страданий, рассудили тамошние мудрецы, а так как удовольствий для всех всегда не хватало, то люди до сих пор враждовали друг с другом. Кроме того, люди склонны создавать всякого рода идеалы, ссориться и даже проливать кровь из-за них. Отсюда следует, решили далее мудрецы, что нужно уничтожить все идеалы и создать цивилизацию Большого Удовольствия.
Что и было сделано путем медленной и настойчивой обработки массового сознания.
Да, была создана цветущая, хотя и не лишенная противоречий, цивилизация Большого Удовольствия, и нам остается только посмотреть, что из этого вышло, чтобы использовать или, наоборот, отвергнуть их опыт. А посему, не отвлекаясь больше на общие рассуждения, обратимся к конкретному — астрианской жизни. Героиня нашей истории некая Телла Брукс — очень типичная астрианка. Она красива, одинока, незлобива, общительна…
…Жила Телла под самыми облаками на одной из верхних террас грандиозного архитектурного сооружения, стоявшего на берегу лазурного моря. Этот шедевр урбанизма, издали похожий на гигантскую, вознесшуюся к небесам скалу, был весь снизу доверху изрезан ступеньками кольцевых террас, на которых стояли дома. Дом Теллы занимал просторную, закрытую с трех сторон площадку с видом на море. Покрытая мелкой газонной травкой, с цветничками вдоль стен и пушистой голубой елью у края, она выглядела очень живописной. В гостиной стояла художественной работы мебель из красного дерева, по стенам висели хрустальные зоркала в резной серебряной оправе, полы были застланы толстыми редкой красоты коврами. Плавательный бассейн был выстелен перламутровой плиткой. Гимнастический зал, автоматическая кухня с программой на несколько тысяч блюд, роскошный будуар для интимных свиданий, много редких вещей, украшений, картин и просто бытовой техники — все это делало жизнь приятной и необременительной.
Ни ветры, ни дожди, ни огромная высота не сказывались на самочувствии хозяйки замечательного дома. Площадка была закрыта сверху тонким прозрачным куполом, защищавшим ее от непогоды. Иногда верхние ярусы архитектурного колосса окутывались облаками, густые космы тумана, наползая из глубины на площадку, обтекали невидимый купол, и казалось, что дом плывет в большом прозрачном пузыре по безбрежному молочному морю.
