Сорвал глянцевое, краснобокое яблоко, хотя до поры урожая оставался месяц, не меньше.
Что-то начертил ногтем на гладкой кожице.
И запустил яблоком в широкую спину странника.
Мимо.
Женщина открыла глаза. Это сон, подумала она. Это верный, как судьба, сон: иногда страшный, но в целом привычный. Понадобилась целая минута, чтобы понять: она уже проснулась.
— Ты вернулся, рыжий, — тихо сказала Пенелопа.