Человек многоликий полностью

Узурпирование. Очень распространенный тип ложной дружбы между управляющей и служебной субличностями это узурпирование, когда субличность А считает субличность Б своей персональной собственностью и разрешает ей подходить только к дополнительному (вариант: Главному) микрофону, да и то лишь при условии, что в этот момент сама А находится у Главного (дополнительного) микрофона. Если при этом А — основная субличность человека, то она пытается (порой довольно успешно) наложить вето на использование Б в любых ситуациях, когда сама А неактуальна, а если это вето каким-то образом нарушается и Б подходит к дополнительному микрофону в момент, когда у Главного микрофона стоит субличность В, то А пытается (иногда очень грубо) оттеснить В от Главного микрофона. Если Б — субличность универсального типа, например, соответствующая высокому или высшему архетипу, то такое положение в психике ставит человека в большую зависимость от А, и та обычно злоупотребляет таким своим положением.

Типичный пример: А — субличность Обиженного Страдальца, Б — субличность Творческого «я». Узурпирование в данном случае приводит к интересным последствиям: человек способен творить лишь в положении сильной обиды на мир, а любое его творческое проявление в другом состоянии блокируется, и он, подсознательно чувствуя это, ищет повода (пусть формального) для глубокой обиды, войдя в которую тут же без труда становится творческой личностью. Понятно, что жить и работать с таким человеком затруднительно.

Другой пример: А — субличность Виноватого, Б — субличность Благотворителя. Узурпирование виноватым «я» благотворительного «я» дает своеобразный эффект, который выражается в том, что человек способен помогать и поддерживать своих друзей, лишь предварительно перед ними в достаточной степени провинившись — так сказать, накопив необходимую вину: «кинув» их в существенных моментах или просто-напросто «забыв» на достаточно долгое время — так, что оживает и набирается силы его виноватое «я». Оно, выйдя к дополнительному микрофону, вызывает из небытия благотворительное «я», пропуская его к Главному микрофону. А сделать для друга или любимого что-то бескорыстно хорошее просто так, ни испытывая чувства вины перед ним, человек не может — а почему, он не ответит при всем желании.

Упражнение 4. Представьте себе характерные эффекты поведения человека, у которого имеются следующие пары субличностей, из которых субличность А узурпирует субличность Б. Приведите аналогичные собственные примеры.

1. А — Изобретательная Кокетка, Б — Терпеливое «я»;

2. А — Униженный, Б — Вежливый Джентльмен;

3. А — Красавец-Мужчина, Б — Половой Гигант;

4. А — Несамостоятельная Помощница, Б — Трудолюбивое «я»;

5. А — Храбрец, Б — Начальник.

Упражнение 5. Подумайте, какие ваши субличности связаны настолько интимно, что можно заподозрить явление узурпации. Последите за своими знакомыми и близкими: нет ли в их субличностях таких пар.

Субличности: проявление и авторизация. Субличность представляет собой программу подсознания, которой свойственно время от времени активизироваться, то есть, как мы говорим, она выходит к микрофону, актуализируясь либо как управляющая (тогда она выходит к Главному микрофону), либо как служебная (тогда она выходит к дополнительному микрофону). Актуализации субличности нередко сопутствует ее самопредъявление, то есть ее осознание и обозначение самим человеком словами или жестами, интонацией, осанкой и т. п. Однако так происходит не всегда, и нередки случаи, когда к микрофонам выходят субличности, которые не осознаются человеком: или в этот момент времени (осознание может прийти несколько позже), или вовсе — так бывает с теневыми субличностями. Впрочем, для активного (янского) поведения, опознание, пусть отсроченное, опознание актуальных субличностей — довольно типично, то есть во многих, случаях своего янского поведения человек отдает себе отчет в том, какая его субличность была у Главного микрофона. Автор надеется, что читатель уже понимает, почему в этом случае важно отдавать себе отчет в том, какая именно его (читателя) субличность «заваривает кашу». Но не менее важно определить, какая субличность находилась у Главного микрофона (и какие — у дополнительных) в иньских для человека ситуациях, когда он, строго говоря, ничего особенного не делал, а лишь реагировал на внешнюю среду или адаптировался к ней. В качестве иллюстрации рассмотрим ситуацию внешней агрессии, выразившуюся в реакции обиды человека.

— Мой муж меня обидел — сказал, что я — ничтожество, —