Мартин Бек убрал руку со шкафчика и сказал:
– В таком случае он подходит под описание Лундгрена. Около сорока. А если она наблюдала за ним в бинокль, то должна была видеть его достаточно отчетливо.
– Она ничего не говорила о том, как долго наблюдает за ним, когда позвонила тебе? – спросил Колльберг.
Гюнвальд Ларссон ненадолго задумался, а потом ответил:
– Ты знаешь, говорила. Что якобы уже наблюдает два месяца, но что он вполне мог стоять там и раньше, а она, наверное, не обращала на это внимания. Сказала, что сначала она подумала, что он хочет что-то сделать. Может быть, прыгнуть с балкона.
– Ты точно помнишь, что никуда не спрятал эти записи? – спросил Мартин Бек.
Гюнвальд Ларссон выдвинул ящик письменного стола, вытащил оттуда тонкую пачку бумаги, положил ее перед собой и принялся листать.
– Здесь я записываю сведения о тех делах, которые должен расследовать или составлять о них отчеты. А когда составлю отчет и перепишу его начисто, эти записи выбрасываю, – говорил он, просматривая листочки один за другим.
Меландер подался вперед и выбил трубку.
– Ну да, – сказал он. – У тебя в руке была авторучка, ты еще придвинул к себе блокнот и отодвинул телефонный справочник…
Гюнвальд Ларссон уже закончил просматривать бумаги и положил их обратно в ящик.
– Я точно знаю, что не прятал эти записи, – сказал он. – К сожалению, нет.
Меландер поднял трубку и показал ею на Гюнвальда Ларссона.
– Телефонный справочник, – сказал он.
– Ну, а при чем здесь телефонный справочник? – спросил Гюнвальд Ларссон.
– Перед тобой на столе лежал открытый телефонный справочник. Ты туда ничего не записывал?
– Возможно.
Гюнвальд Ларссон потянулся за своим телефонным справочником и произнес:
– Ну и работенка будет все это перелистать.
Меландер положил трубку и сказал:
– Можешь это не делать. Если ты что-то записал – а я думаю, что так оно и было, – то не записывал это в свой телефонный справочник.
Мартин Бек внезапно ясно представил себе всю ситуацию. Меландер вышел из соседнего кабинета, в руке он держал открытый телефонный справочник, который подал Мартину Беку и показал ему имя перекупщика Арвида Ларссона. А Мартин Бек потом положил справочник на стол.
– Леннарт, – сказал он, – принеси мне из своего кабинета первый том телефонного справочника.
Мартин Бек открыл справочник на странице, где был «ЛАРССОН АРВИД, антиквариат». Здесь никаких пометок не оказалось. Тогда он начал с первой страницы и медленно, тщательно перелистывал справочник. В нескольких местах он нашел разные неразборчивые пометки, сделанные, в основном, отвратительным почерком Меландера, а также несколько записей, сделанных образцовым аккуратным и разборчивым почерком Коль-берга. Все остальные стояли вокруг Мартина Бека и ждали. Гюнвальд Ларссон заглядывал ему через плечо.
Он дошел до тысяча восемьдесят второй страницы, когда Гюнвальд Ларссон сказал:
– Здесь!
Все четверо внимательно смотрели на запись, сделанную на полях.
Единственное слово.
Андерсон.
Андерсон.
Гюнвальд Ларссон наклонил голову и смотрел на запись.
– Ну да, это похоже на фамилию Андерсон, – сказал он. – Или Андерсен. Или Андресен. Одному Господу Богу известно. По-моему, это все же Андерсон.
Андерсон.
В Швеции триста девяносто тысяч человек носят фамилию Андерсон. Только в стокгольмском телефонном справочнике десять тысяч двести таких однофамильцев и еще две тысячи в окрестностях города.
Мартин Бек размышлял. Если бы они обратились к общественности через газеты, радио и телевидение, то, возможно, очень легко нашли бы женщину, которая вела столь памятный разговор с Гюнвальдом Ларссоном. Однако это могло бы оказаться и невероятно трудным. Да и в самом деле до сих пор не было ничего простого.
Они обратились к общественности при помощи прессы, радио и телевидения.
Ничего не произошло.
То, что ничего не произошло в воскресенье, было вполне объяснимо.
Однако когда ничего не произошло в понедельник до одиннадцати часов утра, у Мартина Бека появились большие сомнения.
Обходить один дом за другим или звонить по телефону означало, что им пришлось бы послать значительную часть своих людей по следу, который в конце концов вполне может оказаться ложным. Но, возможно, удастся каким-то образом сузить область поиска? Широкая улица. Это должно быть где-то в центре.
– Да, это возможно, – сказал Колльберг.
– Естественно, может быть, что это и не так, но…
– Но что? Тебе что-нибудь подсказывает твоя интуиция?
Мартин Бек измученно посмотрел на Колльберга, выпрямился и сказал:
– Билет в метро, купленный на станции «Родмансгатан».
– Который с убийством или убийствами может вообще не иметь ничего общего, – произнес Колльберг.
– Он продан на станции «Родмансгатан», и его использовали для поездки только в одну сторону, – упрямо сказал Мартин Бек. – Он был в кармане убийцы потому, что тот хотел воспользоваться им на обратном нуги. Он доехал с Родмансгатан до Марияторгет или до Цинкенсдамма, а оттуда дошел до парка Тантолунден пешком.
– Сплошные догадки, – сказал Колльберг.
