Конечно, еще с детства Вовка с Серегой знали, что животных мучить нехорошо, но ради научного эксперимента можно и кота в фонтан засунуть, ничего с ним не сделается! А что какая-то старуха кричит, будто скоро кот им отомстит и сам над ними вволю поизмывается – так разве можно всерьез поверить в этот бред? Но что это? Сначала друзьям одновременно снится, как кот превращается в человека, а потом этот оборотень из ночного кошмара... появляется у них в классе за учительским столом! «Неужели сбылось предсказание старой ведьмы?!» – с ужасом думают мальчишки, и вот тут-то кот-учитель им и говорит...
Погода была завлекательная. Яркое майское солнце подсушивало жалкие остатки лужиц и нещадно слепило глаза. Щеки прохожих ласкали теплые лучи, заставляя снять с себя куртки и ветровки, отчего сразу легче стало ходить, словно с плеч твоих свалился груз. Зацокали по асфальту туфельки, надетые на уставшие от зимней обуви ноги. Высыпала на улицу ребятня. Радовались такому положительному событию и дружные стайки воробьев, и более степенные голуби. И Вовчик с Серегой радовались, прокладывая свой путь от стен казенных школьных к стенам родным, домашним.
– Я сегодня на физике чуть пару не схлопотал, – делился Вовчик с Сергеем, словно того на уроке и не было. Рядом ведь сидел, за одной партой. – Если б не звонок, точно бы понес домой родителей радовать.
У Вовчика родители были строгие – это факт. Но не без причины: ослабь они сейчас свое бдительное внимание, и их чадо сразу же забудет, как учиться. Не то, что Сергей. Он хотя и тоже не зубрила, но в науках порядком соображает, и в четверти твердые четверки получает регулярно.
– И что ты там не мог понять? Все же просто: архимедова сила направленна вверх, и сколько ты не топи пробку, силой-то этой она и вытолкнется наружу.
У Сереги была своя особенная манера объяснять. Сначала учителя в школе думали, что он издевается над ними, отвечая у доски, что солнечная система и молекулы – это почти одно и то же, только размерами отличаются, или что, по его мнению, с течением эволюции у кукушки атрофировался материнский инстинкт. Но потом поняли: богатая фантазия мальчика позволяет ему выйти за рамки учебной программы. Поэтому вольности вроде замены безликого термина «тело» на близкое и понятное «пробка» они прощали.
– Почему ж тогда люди, бывает, тонут? Что ж их не вытолкнет?
– Не осиливает. Что полегче – получается, а человека – слабо.
Тут мимо, прямо наперерез дороги, прошествовал совершенно гордый собой и совершенно черный кот. Если бы кот знал, что сейчас произойдет, он бы, наверное, и гулять сегодня не вышел. Но кота предчувствие не душило.
– А кота осилит? – вдалеке от учителей Вовчика почему-то одолевало научное любопытство, а рядом с ними пропадало. Как аллергия на школу.
– Этого я не знаю, Владимир Федорович ничего насчет котов не говорил.
– Надо проверить, – решил Вовчик.
Ребята оценивающе посмотрели на кота: ничего экземплярчик, в самый раз.
– Надо, – согласился Серега и присел на корточки. – Кис-кис-кис, – позвал он, слащаво растягивая рот в улыбке.
Кот оживился и повел левым ухом в сторону мальчишек. Выглядели они вполне прилично, безобидно, а у кота сегодня было хорошее настроение так же, как и у всех. В марте вообще у котов замечательное настроение. Он еще немного поразмыслил – стоит ли доверять – и робко двинулся на зов.
– Ты ему колбасу из бутерброда дай, – разрабатывал план стратегий Вовка, – так лучше пойдет.
Серега залез в свой портфель и добыл оттуда замечательный бутерброд с колбасой и сыром, который положила ему мама перед школой в рюкзак. От него сразу же потянул приятный сытный запах, от которого шерсть на хребте кота зашевелилась, а усы стали торчком, как антенны, улавливая ароматные волны. Не надо думать, что Вовке своего бутерброда жалко стало, просто он его давно уже съел. Что ж смотреть да слюни глотать? Это Серега всегда тянет, вот пусть теперь и делится.
– На, держи, – Сергей отделил от бутерброда колбасу и протянул в сторону кота.
Как завороженный побежал кот на нюх, в мыслях благодаря и восхваляя добрых мальчиков. Даже то, что один из них не стал бросать колбасу на землю, а так и держал ее в руках, не насторожило животное. Зубы вонзились в красную, с белыми пятнами жира мякоть, и сладкое предчувствие во рту сменилось лучшим в мире вкусом.
– Держи его, – шепотом, чтобы не спугнуть, сказал Серега, и Вовчик не заставил себя ждать.
Кот оказался вполне ручным и вырываться из рук мальчишки не стал. Вовка положил его под мышку, и тот послушно повис там, немного недоумевая, почему ему не дали закончить трапезу. Но, пораскинув кошачьими мозгами, животное решило, что покормят его в более удобном для этого месте и совершенно успокоилось.
– Эх, колбасу жалко, – посетовал Сергей, глядя на неожиданное спокойствие кота.
– Ничего, с голоду не умрешь, – подбодрил сытый Вовчик, – где бы нам его испытать?
– А в фонтане. Тут недалеко.
Фонтан действительно был не далеко, метров двести, и ребята, не теряя времени, с котом под мышкой последовали туда. Был уже вечер, а поскольку мальчики учились во вторую смену и со школы возвращались поздно, фонтана пустовал. Только одинокая старушка, сгорбившаяся под тяжестью лет так, что на костюмированном шествии вполне сошла бы за знак вопроса, сидела на скамейке напротив фонтана и тихонько дремала.
