- Можно сказать никакие, - вмешалась Алеся. - Через час все разошлись.
- Вот жеш, стадо недоношенных! Что не могли подождать?! - рассердился бородатый человек. - Подумаешь опоздала на три часа, с кем не бывает?! Плот вести это не машиной рулить. Четвертый раз такое приключается, то опаздываю, то рано приплываю.
- Вы у нас погостите? - поинтересовалась Алеся.
- Нет, я к вам на одну ночь, здесь сойду, а дальше пешком. Может хоть в следующий город успею вовремя. Акакий, туда каждую ночь послания носит.
- А кто такой Акакий? - спросил Родион.
- Моя мышь летучая.
- Что ж давайте мы вас хоть проводим до окраины города, расскажете нам о своем путешествии, - предложил парень.
- Вы хотите послушать из жалости или вам действительно интересно? - прищурил глаз мужчина, сканируя молодых людей на ложь.
- Что за вопрос?! - обиделся Родион. - Конечно интересно, поэтому мы и предложили погостить у нас пару дней.
- Эх, хорошие вы ребята, с удовольствием бы остался, но дорога зовет. Ведите на запад, а я расскажу о странствии своем. Кстати меня зовут Нестор.
- Я Родион.
- Алеся, - представились ребята и троица двинулась к западной границе города.
Бородач Нестор ни на секунду не закрывал рта, из его длинного монолога, изредка прерываемого короткими вопросами и уточнениями Родиона и Алеси стало известно, что за последние пятнадцать лет он проходит уже вторую кругосветку. Сам Нестор и рад бы остановиться, обзавестись домом и семьей, но не может этого сделать, ему нужно идти вперед и только вперед. "Дурная голова ногам покоя не дает - это про меня" - мужчина то ли шутил, то ли намекал на реальное психическое расстройство. Он рассказал, что в двадцать лет вышел из родительского дома за молоком, прошел мимо магазина, миновал еще несколько кварталов, оказался на окраине города, потом в трех километрах от границы города и понял, что не может остановиться. Свое странное желание постоянно идти вперед он объяснял не попыткой уйти от действительности и засасывающего быта, а мировосприятием. Только так он ощущал жизнь, чувствовал, что она идет вместе с ним, а не проходит мимо, пока он работает пять дней в неделю, воспитывает детей и по выходным ездит с женой в гости к родителям. По рассказам Нестора, Родион и Алеся поняли, что он никогда не остановиться и будет идти до конца своих дней пока не упадет замертво, ему вовсе не хотелось обзаводиться домом и семьей, хотя он утверждал обратное.
К рассвету они добрались до большого постамента, белые буквы которого складывались в название города, где жили Родион и Алеся.
- Спасибо за компанию, - горячо поблагодарил Нестор.
- А тебе спасибо за интересную беседу, - отозвалась Алеся.
- Если будешь проходить мимо заглядывай, - с этими словами Родион протянул новому другу бумажку с домашним адресом.
- Обещаю, - сказал бородач и ушел.
Еще долго на тех улицах, где шагал вечный путешественник, Родион и Алеся видели шлейф, напоминающий северное сияние. Несколько месяцев ветер усердно выталкивал из города цветастые следы, оставленные Нестором. В эти дни сотни жителей бросали всё и уезжали в самые дальние страны, люди будто соревновались между собой кто дальше заберется от родимой губернии. При чем покидали город целыми улицами и кварталами. К ноябрю все жители, кроме троих, побывали в экзотических краях, на этом повальный туристический разъезд закончился. Свое необузданное желание поскорее уехать куда-нибудь подальше горожане объясняли усталостью от жизни. И только молодые люди знали, что в массовых путешествиях виноват никому невидимый след, оставленный Нестором. Частички, похожие на северное сияния, проникали в мозг жителей с воздухом, заражали сознание навязчивыми идеями о странствиях, вкрадывались через поры под кожу и вызывали ужасный зуд в ногах, который утихал только в длительных разъездах. Поэтому оставшиеся полтора месяца весны, девяноста два дня лета и четыре недели осени Родион и Алеся ходили в закрытой одежде и медицинских масках пока упрямый ветер не вытолкал энергетику странника за черту города.