У Истории одно мерило: отдача. Да, промышленники агнцами не были, блюли волчьи законы конкуренции, доводили соперников и до долговой ямы, и до самоубийства, разоряли их, не все и не всегда были разборчивы в средствах – но шли в когорте созидателей, ускорителей прогресса. Это их самая главная историческая заслуга. И таких людей обделила вниманием русская литература. Моральные оценки преобладают над анализом, исследованием.
Не странно ли: предпринимательство, созидателей клеймят, клеймят, клеймят – и в то же самое время вовсю пользуются плодами их трудов. Адмиралтейская игла, шпиль Петропавловской крепости, Исаакиевский собор – без них невозможен облик Петербурга. Но ведь и они – при создании – погубили бессчетное число жизней, при том уровне техники, иначе и быть не могло.
Почему же эстеты и эстетствующие всех мастей закрывают глаза на эти непреложные факты? Сказав «а», надо бы глаголить и «б». Красоте – красотово, предпринимателю – предпринимателево, – так будет по справедливости. Очень много развелось гуманистов: ах, нельзя проводить опыты над животными, это жестоко. Жалеют быка, но жалуют говяжью вырезку. Потребляют лекарства и словно не знают, что любое новое лекарство опробуется на людях же, рискующих здоровьем, это их работа. Нет прибавления без отнимания.
Что такое коммунизм? Это советская власть плюс... запреты, великое множество запретов, поражающих своей бессмысленностью и дороговизной. Пропагандистская машина, на чем свет стоит, клеймила «такой-сякой-разэтакий» Запад, где (мы этого касались) существовал запрет на профессию.
Держалось под строжайшим секретом, что в СССР был запрет на занятие определенных должностей лицами ряда национальностей. В первую очередь это касалось евреев. Если в дореволюционном прошлом был ценз оседлости, то его лишь видоизменили на процентную норму еврейства: она колебалась от 17 до 21,5 процента от общего числа работающих, за чем внимательно следили кадровики в штатском. Пресловутый пятый пункт анкеты (национальность) фактически расшифровывался так: еврей или не еврей. Данные о родителях тоже приводились для того, чтобы установить, нет ли у претендента на должность хоть какого-то процента еврейской крови. В институт международных отношений евреев вообще не принимали, была такая негласная директива.
Во всем мире существует один критерий приема на работу или на учебу: наличие способностей. Конкурс интеллектуальный в расчет не принимался, на первом месте конкурс анкетный, национальный.
Лет двадцать пять назад «Литературная газета» провела дискуссию на тему: «Не теряем ли мы Ломоносовых?», оказалось, теряем, и очень много. А сколько в результате вивисекции по национальному принципу потеряли Эйнштейнов, Иоффе? Потеря гения государству обходилась дороже месторождения алмазов. Сколько же мы потеряли БОГАТСТВА, насколько же мы стали беднее из-за чьей-то, мягко говоря, преступной тупости?
Армянское радио просят рассказать анекдот из двух слов.
– Пожалуйста: «Еврей-колхозник».
Мы теряли дважды: когда потенциального академика лишали возможности учиться и когда тупицу с дистиллированной анкетой дипломировали в академики. Инвалид пятого пункта... Это прискорбно. Если воспользоваться терминологией тридцать седьмого года, это было самое настоящее вредительство.
Армянское радио спрашивают, что такое брокер.
– Отвечаем; это и профессия, и фамилия, и национальность.
И сейчас нет-нет, да и раздаются голоса, что предприниматели – сплошь евреи. Среди предпринимателей много евреев, но, очевидно, они добились успеха не потому, что они евреи. На общий старт вышло много, в лидирующей группе – самые предприимчивые. Определялось это не пятым пунктом, а природными данными, головой. Предприниматель работает на рынок, ни одному покупателю не придет в голову (исключая психбольных) поинтересоваться анкетными данными продавца товара или производителя, ему нужно больше товаров, хороших и разных.
Или кому-то этого не хочется, коль над предпринимательством поднимается национальный вопрос? Национальность имеют люди, но никак не товары и не услуги. Сколько же можно делать то, что не только не ведет вперед, но и отбрасывает вспять, к распрям и междоусобицам, к повальной нищете, отвращает от богатства?
Если для кого-то нищета – состояние души, это его личное дело. Но когда всему обществу пытаются навязать нищету как норму жизни и состояние духа – это и противоестественно и безнравственно. Это – пещерно.
Среди слов, которые последние годы чаще всего на слуху, пальму первенства держит, вероятно, слово «привилегия». Это слово, с виду такое безобидное, стало грозным боевым оружием. Им крушатся политические противники, завоевывается авторитет и известность, пробивается дорога в парламент и к вершинам власти. Слово это стало синонимом двух других: «преступность», «злоупотребления».
