Виталий, подойдя к журнальному столику, взяв пульт, выключил телевизор.
Ирина поспешила пожаловаться подруге:
– Кать, «мой» меня уже совсем забембал. – с сарказмом, – тоже мне родной и близкий!
Бросая фантик от конфеты на пол, облизывая кончики пальцев, с презрением глядя на него, продолжая в трубку:
– Всё ему не так!
Виталий был ошарашен, прикусывая губу, сверля жену насквозь злющими глазами, выдерживая паузу.
Она, посмотрев на него, с ехидством спросила:
– Ну, и что вылупился? Соскучился?
Не дождавшись ответа, демонстративно встряхивая копной волос, как бы ставя этим точку в его визите, отвернувшись, не обращая на него внимания, стала, как ни в чем не бывало трепаться по телефону:
– Где-то носит по дорогам, а потом?! Приезжает. И нудит, сычом смотрит, как – будто я ему что-то должна.
Округляя глаза:
– Дрессирует под свою дуду.
– Ладно, Кать, позднее перезвоню!
С кривой усмешкой посмотрев на мужа, поднимая с пола фантик, продолжая в трубку:
– А то точно сожрёт меня глазами.
Вспрыснув, не обращая внимания на Виталия, наконец-то поспешила проститься:
– Поки-поки!..
Положив мобильник в карман, делая гримасу, с вызовом фыркнула в адрес мужа:
– Гм-м…
Как бы, между прочим, взбивая рукой пряди волос, стряхивая с себя крошки шоколада.
Виталий, свирепея, заорал на детей, – Быстро в ванную – руки мыть! Дети тут же заревели. Началась истерика.
Ирина, бочком приподнимаясь с дивана, нащупывая рукой под задом, достав закатившуюся конфету, стала ту показательно, словно издеваясь разворачивать. Шелест фантика был ощутим до боли в ушах.
Виталий глядя на неё с отвращением и ненавистью, зло сверлил глазами.
Ирина, взяв очередную конфету, с вызовом положила в рот, нагло глядя на него.
Он не выдержав, крикнул:
– И ты, тоже свой зад оторви от дивана. Расселась, как «Королева».
Та, встав с каменным лицом, обведя всех презрительным взглядом, подошла к Виталию, соизмеряя с ног до головы, выхватила из рук пульт, вновь включила телевизор.
Дети, как мышки сверкая глазками, с любопытством наблюдали за отцом и матерью, им явно нравилось, как мать настаивает на своём, лишний раз, показывая кто в доме – главный.
Ирина, найдя канал с мультиками, им подмигивая, улыбнулась.
Виталий, резко выхватив из её рук пульт, толкнул в сторону двери, выходя из себя, прикрикнул:
– Что?! В роль вошла, артистка!
– Иди на кухню и займись делом!
– Ты хотя бы смотрела в окно? – с сарказмом, – обед уже!
Глядя на часы, подытоживая:
– 15.06 по московскому времени!
Делая кивок в сторону детей:
– Опять без обеда! Как вижу только и ели с утра, судя по мусору, что конфеты и чипсы.
Сгребая фантики в кучу и тут же с остервенением резким взмахом руки разбрасывая по комнате, перешёл на крик:
– Только и можешь, что трепаться с Катькой.
Подбоченившись, Ирина, делая выпад корпусом, заорала:
– Ну, началось! Ну, достал уже. Одно и то же!
Накручивая себя:
– Как приезжает, все ему не так. Смени пластинку!
С ядовитой иронией:
– Сам – то, там, небось, отдыхаешь от нас в дороге.
– По долинам и по взгорьям, «Козёл!»
Кривляясь:
– Ротозейничаешь на девочек, а дома жена всё тебе плохая, что по твоей милости с рождения детей, нянчит их без выходных и проходных.
Поднимая вверх указательный палец, потрясая им несколько раз, вспылив:
– Сиди тут при них, дома как раба!
Превращаясь на глазах в настоящую мегеру:
– Нашли себе «рабыню Изауру»!
Она, хмыкая, разворачиваясь, сделала шаг к двери. Виталий её попытался остановить, разворачивая, беря за подбородок, притягивая к себе, в негодование, уточняя:
– Что ты сейчас сказала? Ротозейничаю?
Беря за грудки, тряся как ватную куклу, матерясь.
Дети, сжавшись, обхватывая колени, пытаясь спрятаться в них с головой, сидели в кресле, боясь пикнуть, искоса подсматривая на отца и мать.
Продолжая, весь на нервах, Виталий негодовал:
– Я из рейса в рейс! Как каторжный. Бабки, как могу, зарабатываю. Чтобы не хуже других были!
Дети испугано смотрели на них. Он, не видя ничего, кроме объекта зла в лице жены, продолжал, не сдерживая эмоций.
Хмыкая:
– А, она, вместо того, чтобы детям пожрать, приготовить, виснет на телефоне с нашей Катей…
Ёрничая:
– Родственницу нашла! Нашла с кем трепаться! «Два сапога-пара!»
Сверкая глазами:
– Та ещё сука! Она научит, как жить!.. Как же жди!..
– «Толкушка»! Кроме диет её ничего не волнует, а толку-то, замуж и так никто не берёт. Зло, стреляя глазами, глядя в упор на жену, с издёвкой, – Видеть надо! Тумба! 100х100х100!
Стуча себя по лбу:
– И ты, туда же! Конфетами и чипсами.
Зло:
– У них!..
Указывая кивком головы в сторону прижухших в растерянности детей:
– Себе дешевый авторитет покупаешь.
Отбрасывая ту в сторону.
Ирина падая, круглыми глазами глядя на Виталия, крутит пальцем у виска, тут же вскакивая на ноги, взъерошенная, взмыленная от унижения при детях, с сарказмом, в отместку ёрничая:
– Раз, такой заботливый вот и иди, сам готовь нам обед!
С ненавистью глядя то на Виталия, то на детей, паясничая, – Кушать хотся кое-кому!..
Зло:
– У меня заслуженный выходной!
Приходя в себя, испуганным взглядом ищет поддержки у детей.
