Человек цвета луны полностью

I

Эффи проснулась среди ночи и подошла к окну. Ясные, чистые звезды светились с бархатного неба и лили свой бледный свет на лицо девочки, и та казалась себе удивительной волшебной принцессой или звёздной феей. Эффи забралась на подоконник и посмотрела на горизонт. Чёрные громады многоэтажек скрывали фонари дальней дороги и девочке светили только белые холодные звезды.

Эффи оглянулась на свою комнату, тёмную, жуткую и чужую. В пятне света на полу виднелся её силуэт. С каждой секундой он становился все темнее, а белое пятно на полу – все ярче. Девочка смотрела не отрываясь. Через минуту силуэт растворился во тьме, окружавшей фигуру на полу. Фигура отделилась от светлого паркета и встала во весь свой огромный рост (хотя, не исключено, что маленькой Эффи любой взрослый человек казался гигантом, даже если в нем было сантиметров 160 роста и 15 лет)

Призрак принял более оформленный вид и воззрился на девочку, а девочка – на него. На Эффи смотрел худощавый парень в белом фраке и цилиндре, из-под которого выбивались непослушные белые же кудряшки. В его живых светлых глазах плясали весёлые чертики.

На белого юношу коротко стриженная полненькая девчушка лет шести. Юноша и девочка целую минуту смотрели друг на друга и молчали.

– Кто ты такая? – наконец спросил парень, наклоняясь к Эффи. В его глазах клубился серый осенний туман, и белая луна, и чистый январский снег.

– Это я должна спрашивать, – оскорбилась малышка. Она прочитала достаточно книг, чтобы знать, что такие вопросы должен задавать ребёнок незнакомцу, а не наоборот.

– Но я успел первым, поэтому отвечай, – не то капризно, не то шутя

– Я Эффи.

– Мне не интересно твоё имя, я спрашиваю, кто ты?

– Я человек, – подумав, произнесла девочка, потихоньку теряя уверенность

– Твой вид мне тоже не интересен! И пол. И возраст, – юноша говорил тише, наклоняясь все ближе. – Скажи мне, кто ты?

Эффи замерла. А ведь действительно, кто она такая?

– Я не знаю, – расстроилась девочка.

– Ничего страшного. Пока ничего, – улыбнулся юноша, резко отстраняясь. – Хочешь, научу тебя делать звёзды?

– Хочу, – настороженно произнесла Эффи.

Ей не очень понравилось думать о том, кто она. Звёзды казались куда притягательнее.

– Здорово! Смотри, – белый человек снял цилиндр и вынул из него, как фокусник из шляпы, две бумажные ленты. Одну взял себе, другую протянулся девочке. Ловкие длинные пальцы быстро превратили полоску цвета сахара в маленькую пятиконечную звёздочку.

      Эффи повторила всё в точности и у неё получилось так же легко и естественно, словно она всегда умела складывать бумажные звёзды.

– Умница, – восхитился ночной гость. Его глаза цвета лучшего пломбира радостно блеснули. – Очень красивая.

Юноша забрал поделку своей ученицы, повертел её в руках и отдал обратно.

– Тебе понравилось?

– Да, – счастливо воскликнула малышка. Ей нравилась похвала.

– Это хорошо. Делай звёздочки каждый раз, когда задумаешься о том, кто ты. Договорились?

– Да, – тихо ответила Эффи.

– Отлично. Ложись спать. Спокойной ночи.

Косо поглядывая на Белого Человека, девочка послушно забралась в кровать.

– А ты куда? – донеслось из-под одеяла.

– Домой, – чудесный гость распахнул окно и шагнул в пустоту.

***

Утром, когда Эффи проснулась, окно было закрыто и зашторено. В задумчивости девочка выбралась из постели и подошла к подоконнику. Долго смотрела на ясное летнее утро с высоты пятого этажа. Золотое солнце разливалось по двору, оставаясь на листьях и ладонях детей. Хорошее утро.

Ещё немного подумав о своём сне, Эффи направилась на кухню. Там уже слышался мелодичный и звонкий мамин голос и задумчивый и сонный – папин.

Пошла и через пару шагов наступила босой ногой на что-то непозволительно колючее для части бежевого ковра на полу. Девочка отпрыгнула и наклонилась поднять колкое нечто. На ковре лежала бумажная звёздочка. Чуть помятая, но всё ещё прекрасная звёздочка из бумаги цвета ночного чуда.

За завтраком Эффи поведала историю с гостем родителям и предъявила поделку в качестве доказательства.

– Надо же, – деланно удивлённо произнёс папа, выслушав ее сбивчивое повествование, – прямо так сразу и получилось?

– Да, пап, – вздохнула Эффи.

Взрослые зря недооценивают детей, дети прекрасно знают, когда им не верят.

Мама задавала вопросы и, кажется, искренне интересовалась. Вряд ли она была уверена в том, что в доме кто-то был, но в честности дочери не сомневалась.

II

Через год о Белом Человеке из сна уже не вспоминали. В банке из-под огурцов, отведённой для бумажных звёзд, лежала только одна.

Та самая.

Эффи сидела на лавочке в школьном дворе в компании подруги, высокой смуглой девчонки с растрепанными черными волосами и глазами цвета сосновой коры и приключений. Она не могла сидеть неподвижно даже во сне, так что в отношении мельтешения перед глазами отдувалась и за себя, и за незаметную тихую Эффи, которую порой можно было обнаружить только по наличию вьющейся рядом Риты.

– Ты уже знаешь, кем будешь, когда вырастешь? – вдруг спросила Рита, замерев на лавочке.