Ребята из экипажа нервничали, потому что я был уже где-то в пути и они хотели поскорее меня нагнать. Они прикинули на глазок высоту ящика, потом осмотрели вход в тоннель и решили, что все пройдет нормально, нужно будет только приподнять дурацкие цепи, свисающие с потолка тоннеля. Ли их приподнял, а Дон нажал на педаль акселератора. И тут ящик врезался в потолок. Цепи-то для того и висели, чтобы обозначать максимальную высоту допустимых габаритов. Вся наша поклажа с грохотом рухнула наземь, в том числе и единственная запасная рама для кресла, которая расплющилась, словно сковородка.
Лично я при этом не присутствовал, зато мы попали в программу новостей национального телевидения. «Ага, вот они и показались! Дорогие телезрители, наши камеры установлены в Ванкувере. Вы видите начало кругосветного турне спортсмена-инвалида Рика Хансена. Но что это? Все трещит и с грохотом валится. Отличный старт! Просто великолепно!»
А я крутил колеса, учащенно дыша, и с трудом сдерживал нервы. Отъезд прошел удивительно трогательно: сотни людей столпились вокруг моего кресла; они откликнулись на утреннюю блиц-программу по сбору средств, в которой участвовали все самые крупные радиостанции города. Здесь были инвалиды в креслах-каталках всевозможных конструкций. Кое-кто из калек, те, кто не мог крутить колеса и пользовался рычагом управления моторизованных кресел, собрались в сопровождении своих друзей и родителей. Они хотели быть участниками этой церемонии. Хотели своими глазами увидеть мой старт.
Один маленький мальчик в кресле с аккумуляторным приводом, которым он управлял при помощи рычага, осерчал на мужчину, который стоял перед ним и закрывал вид на стартовую площадку. Он легонько подал свое кресло вперед, пока оно не коснулось ног мужчины. Никакой реакции. Мальчик отъехал назад и проделал это снова. По-прежнему безрезультатно. Тогда он откатил кресло еще дальше, рванул что есть мочи вперед и врезался тому в ноги.
«Получай!» — заорал мальчишка.
Мужчина обернулся, понял, в чем проблема, и отступил в сторону. Это был премьер-министр провинции Британская Колумбия Билл Беннетт.
Думаю, что вид у меня был несколько испуганный. Джим Тейлор был явно того же мнения. Он пробился ко мне сквозь толпу и, нагнувшись над креслом, произнес мне свое последнее напутствие.
«Не забывай, — сказал он бодрым тоном, — книга под названием «Почти вокруг света на каталке» — это тебе не хухры-мухры!»
Аманда, как я думал, все это время находилась в доме на колесах. Она с самого начала участвовала в осуществлении всей нашей затеи, помогая чем можно, чтобы она осуществилась. Непосредственно в турне она не участвовала, но предполагалось, что доедет с нами до границы, потом вернется назад вместе с моим отцом и Брэдом. И вот мы выруливаем со старта, я внимательно оглядываю толпу провожающих и вижу знакомое лицо. Это Аманда. Она примерно в футах тридцати, стоит рядом со своей матерью, вся красная, в слезах. Потом выяснилось, что произошло недоразумение. Она считала, что мы уже попрощались. А мать пришла с ней, чтобы потом забрать ее на завтрак, посидеть подольше вместе и как-то утешить. Я заметил ее в тот самый миг, когда мы наконец тронулись с места, увидел, как жалостливо она машет мне рукой, готовая вот-вот разрыдаться.
Не скажу, чтобы меня эта сцена особенно растрогала. Я просто вскипел от негодования. Неужели никто не способен хоть что-нибудь сделать толково?
«Немедленно в машину!» — крикнул я ей.
Какую-то минуту она стояла молча, словно оторопев. Потом обняла свою мамашу и впрыгнула в домик на колесах. И хорошо сделала! Если бы я ее тогда не заметил, если бы она не впрыгнула в наш дом на колесах, я мог бы больше никогда ее не увидеть, настолько я был взбешен! И уж, конечно бы, не стал искать с ней встречи, вернувшись домой.
Когда я ей теперь об этом рассказываю, она лишь ухмыляется.
— Чушь! — говорит Аманда. — Чушь, да и только! Мы бы все равно нашли друг друга.
Как выяснилось, мы нашли друг друга гораздо раньше, чем кто-либо из нас мог предполагать.
