- В таком случае уточню: не было ли у него знакомых по имени Елизавета или Екатерина?
- Нет, никогда о таких не слышал.
- Может быть, с похожим именем?
- Не похожим - ничего не знаю о такой. Собственно, почему вы об этом спрашиваете?
- Есть показания свидетелей, слышавших, что это имя употреблялось в связи с Лещенко.
- Что, именно Екатерина или Елизавета?
- Да, или похожее имя.
- Странно. Никогда не слышал…
- Теперь и мне это кажется странным. - Вспоминаю показания Станкевич. Нет, подозревать ее в неискренности у меня нет оснований.
- Видите ли, в этом отношении… - Уваров медлит. - В этом отношении многие не понимали Арвида Петровича.
- В каком именно «отношении»?
- Я имею в виду… как бы это выразиться, ну, скажем, в отношении к жизни. Нет, в двух словах это не объяснишь.
- И все-таки попробуйте, Константин Кириллович.
- Попробую, Юлия Сергеевна, скажите честно - вы разбираетесь в нумизматике?
- Признаться, не очень, ко надеюсь на вашу помощь.
- Попробую помочь, если смогу. Видите ли, к коллекционерам монет, нумизматам, люди испытывают устойчивое предубеждение. Мол, все они миллионеры, сидят на золотых мешках, шагу не сделают без выгоды для себя. И никто не вспомнит о простой вещи - для кого же, в конце концов, собирает свои монеты коллекционер? Для себя? Да нет же. В конечном счете все его, как выражается молва, «богатства» перейдут обществу. Естественно, я имею в виду настоящих коллекционеров. Коллекционер бережлив в расходах, часто отказывает себе в самом необходимом, чтобы приобрести ту или иную монету. Видите ли, настоящая большая коллекция - это своего рода симфония. Иногда для совершенства этой симфонии не хватает всего одной ноты, одной-единственной монеты - и как же трудно бывает эту ноту подобрать. И композитор, то есть собиратель, готов на все. А пересуды идут, и то, что человек не вечен, - забывается. И вот - нет Арвида Петровича. Без всякого преувеличения могу сказать: это был маэстро, непревзойденнейший маэстро нумизматики. - Уваров замолчал, сцепив пальцы. Может быть, он прав в отношении женщин. Но не могла же Станкевич выдумать эту Елизавету.
- Константин Кириллович, вы хорошо знаете окружение Лещенко?
- В общем, да.
- Нет ли среди его знакомых человека лет тридцати, высокого, худощавого, шатена с короткой стрижкой? Одевается этот человек, скорее всего, по-спортивному, в куртку и джинсы.
- Этот человек связан с нумизматикой?
- Не знаю.
Уваров задумался. Если бы он мог вспомнить этого человека, многое стало бы легче.
- Арвид Петрович очень неохотно знакомился с людьми. Общался он в основном с нумизматами. По описанию же - таких среди нумизматов немного. Скорее, описанный человек напоминает фарцовщика.
- Попробуйте все-таки вспомнить, Константин Кириллович, может быть, был кто-то похожий?
- Скажу одно: постоянных знакомых с такими данными у Лещенко не было.
- Может быть, он говорил вам о каком-нибудь новом знакомстве?
- Новом знакомстве? Подождите…
Терпеливо жду.
- Вы знаете, не ручаюсь за подробности, но мне кажется… Неделю примерно назад… Лещенко говорил мне о чем-то подобном.
- О знакомстве?
- Да, о знакомстве. Кажется, какой-то человек предлагал Лещенко посмотреть какую-то монету. К Арвиду Петровичу часто обращались с подобными просьбами. Но это было мельком, в разговоре упомянулось и тут же забылось.
- Константин Кириллович, нужно ли говорить, как это важно? Попробуйте вспомнить, что это был за человек?
- Юлия Сергеевна, честное слово, больше ничего не помню.
- Лещенко упоминал его имя?
- Имя упоминал, но я его не помню. То ли Виктор, то ли Владимир, но не ручаюсь ни за то, ни за другое.
- Этот человек был ленинградцем? Или приезжим? В разговоре это сразу чувствуется.
- Скорее, ленинградцем.
- Молодым? Старым? Об этом тоже можно сказать.
- Думаю, молодым, старого человека Арвид Петрович назвал бы по отчеству.
- А что это была за монета?
- Не знаю. Но наверняка монета представляла интерес - иначе не возникло бы и этого разговора.
Пытаюсь выжать из Уварова что-то еще, касающееся Виктора-Владимира, но в конце концов понимаю - ничего нового Константин Кириллович вспомнить не может. Меняю тему:
- О других знакомствах Лещенко не упоминал?
- Если не считать меня, постоянно к нему заходили только два человека - Сурков и Долгополов.
- Сурков?
Уваров с интересом смотрит на меня:
- Да, Сурков, а что?
- Он живет в этом доме?
- Здесь, на восьмом этаже.
Любопытно. Во время допроса Сурков не сказал мне, что близко знаком с Лещенко.
- Сурков нумизмат?
- Поостерегся бы назвать его этим словом. Интересуется монетами, не более того.
- Уточните, пожалуйста. Что значит «интересуется»?
- Держит дома около трехсот монет, не представляющих серьезного интереса.
- Кто такой Долгополов?
- Есть такой Эдуард Долгополов. Работает, кажется, в системе торговли.
- Тоже нумизмат?
- Да, Долгополов - из средних собирателей, таких обычно называют «на подхвате».
- Сколько ему лет?
- Около тридцати.
- Что вы можете сказать о нем?
- Почти ничего… Извините, но я стараюсь избегать общения с людьми типа Долгополова.
Смотрю на Уварова; поняв значение моего взгляда, он качает головой:
