То есть. Люди всегда. Влияли и знали. Что взаимосвязь всего и причастность человека к этому всему. Выходит за пределы объяснимого непосредственной связью, постижимой органами чувств. Это традиционно; общеизвестно; банально.
….
Систематизировать банальное так, чтобы сами напрашивались выводы столь же явные, сколь и оригинальные, — вот в чем вопрос, то самый, ага.
Многие знают — не многие понимают.
Молитва. А теперь, Господи, помоги мне переварить то, чем я так славно угостился. Шучу. Цитата.
Молитва. А теперь, Господи, можешь не помогать, только не мешай. Опять шучу. Опять цитата.
Молитва. Вразуми и наставь, бо ум умом, характер характером, и даже удача — удачей, и даже помощь других — помощью, но без воли Твоей ничто не возможно.
Молитва. Господи, сделай так, чтоб я удачно отбомбился. Еще шучу. Еще цитата.
Молитва. Если Ты дал мне увидеть Нечто — позволь оправдать Твои надежды.
Молитва. Неизреченное есть…
Теория вероятности требует равномерно распределять случаи по времени и пространству. И счастливые лотерейные выигрыши, и пропадающие в бермудском треугольнике корабли, и взрывающиеся склады боеприпасов — должны как- то равномерно и регулярно располагаться на глобусе и в календаре. Вредители и сосредоточение войск, разумеется, вне нашего интереса: лишь честные случаи судьбы и удачи без вмешательства человеческой воли интересуют нас.
По теории вероятности снаряд дважды в одну воронку не попадает. По закону же парных случаев — еще как попадает! Как раз и очень даже.
Из мировой литературы, а также историй болезней, а также сводок происшествий, а также личного опыта каждого — этот закон парных случаев и выведен. Из опыта человечества, можно сказать.
За всю мою жизнь бензопила только дважды прыгнула у меня в руках, оттолкнутая срезом падающего ствола, и чиркнула левую штанину прямо над сапогом. Первый раз по ткани. Заметьте, нет такого леспромхоза, где не подпрыгивала бы в очереди за водкой пара одноногих бывших вальщиков. Я это знал; и насчет того, что дважды в одну воронку не попадает, тоже знал. И вместо того, чтобы заглушить пилу и перекурить, спокойно работал дальше. И через пятнадцать минут она распилила мне колено. Тогда я о парных случаях и задумался.
Если ставить чистый опыт. Например, равномерно сталкивать с края стола бутерброд. И из тысячи раз он точно около пятисот упадет маслом вниз. То тут все ясно. Каждое падение — пятьдесят шансов из ста, что маслом вниз, так что иногда и два, и даже три раза подряд может падать верхом или низом, все понятно. Может иногда и больше.
Но почему иногда по «скорой» привозят с малым интервалом два редких и похожих случая: хоть перитонит, хоть «падение с высоты», хоть «ножевое»? Врачи отлично знают, что мера совпадений здесь демонстративно превосходит среднюю вероятность.
Едем дальше. «Пришла беда — отворяй ворота». «Жизнь — полосатая: полоса черная — полоса белая». Почему?
Недоброй памяти 1986 год. Какое отношение имел взрыв Чернобыля к уморасслаблению капитанов и вахтенных штурманов «Нахимова» и «Васева»? И они вместе — к обрушению «Суворовым» поезда с моста себе на палубу и взрыву газа в распадке, сжегшему два пассажирских поезда при встрече там? Уж утечка газа из трубы там — ну почти совсем случайность! Почему они так густо сгруппировались во времени?..
Мы этого не знаем. Рационально не постигли. Наука тут пока не в курсе дела.
Мы можем говорить: «Система посыпалась!..», или «Разгильдяйство дает свои плоды!», или: «Раньше или позже что- то такое должно было случиться!». Оно так. Но почему — серией? полосой? кучкой?
Представим себе, что мы ничего не знаем о механизме землетрясений. Мы и так не много знаем, но — будто вообще ничего. И вот — толчок. И мудрые старики прорицают и велят: «Драпаем все быстро! Скоро еще тряханет!» Они не знают про наползание тектонических плит, про зону разлома и напряжения, про упругость сжатия и растяжение и скачкообразность смены напряжений. Они просто здесь давно живут и от предков знают, что первым толчком дело не обходится — это только начало. Выглядит их знание как провидение сверхъестественного.
Сверхъестественным выглядел массовый исход животных за часы до землетрясений. Стали больше знать — оказалось просто: инфразвук, низкочастотные колебания почвы как знак угрозы.
В объеме знаний и методов современной нкуки закон парных случаев выглядит курьезом, суеверием. Он не может быть воспроизведен в повторяемом опыте с известными исходными условиями и предсказуемым результатом. Не может? Значит — не наука!
Мы можем строить гипотезы. Пытаться моделировать ситуацию. Но отрицать явление потому, что мы не объяснить — обычная обывательская тупость kci ской массы.
