Но Рурт удержался от расспросов. Решил, что ему все расскажут, когда будет необходимость. В конце концов, Алеандрус шел рядом с ним, живой и здоровый, а «Пулатец» с друзьями вот-вот должен прибыть — пока этого было достаточно.
Если существует грань между утром и днем, то, скорее всего, наступило такое время. Солнце удалилось от горизонта. Свежий воздух прогревался и становился слегка душноватым. Оставленная бурей влага быстро впитывалась в жадную до воды почву.
Идя уже по сухой траве, почти у самого берега они наткнулись на дерево причудливой формы. Неровный ствол его искривился так, что в одном месте был почти горизонтальным. Затем, плавно заворачивая, снова уходил вверх.
В том самом месте, удобном для сидения, располагалось нечто неожиданное для острова Лок…
Девушка.
Свесив ноги, она словно пыталась раскачать ствол, но тот был достаточно толстым, чтобы не поддаться. Беспечный вид ее добавлял картине необычности. Однако двое Вспоминающих догадывались, что эта картина означает.
Девушка прекратила бесплодные попытки и переключила внимание на вышедших к ней мужчин. Взгляд ее из недовольного превратился в похотливый.
Она смогла бы помочь забыть об усталости…
Лицо ее было красивым — круглое с большими глазами и длинными ресницами, вздернутым носиком, чувственными губами. Роскошные пряди вьющихся светло-русых волос свисали до самого пояса, блестя чистотой и здоровьем. Короткий зеленый плащ оставлял открытыми бедра красивых ног, обтянутых белыми чулками..
— Жарко, — прозвенела она, не обращаясь ни к кому.
После этого тонкие пальцы освободили петлички от пуговиц, и девушка без стеснения распахнула плащ. Под ним было только ее тело.
Красивая пышная грудь, упругая на вид. Краешки ткани плаща касаются потвердевших сосков. Ниже груди — два плавных бугорка ребер, втянутый живот с красивым пупком — короткой вертикальной полоской. Далее — смотрящий вниз уголок между внутренней поверхностью бедер и низом живота. В уголке — пучок светлых волос. Расстегнутый плащ расходился в стороны от красивых бедер. От их середины начинались чулки, белые, но не контрастные на фоне ее светлой, чистейшей кожи.
Мужчины остановились. Но в глазах их не было воодушевления. Видя это, она сдвинулась чуть вперед и почти выпрямила ноги, позволяя им увидеть еще большую часть пушистого уголка между ними. Затем передумала, снова села подальше, но на этот раз поставила одну ногу на ствол, открыв зрителям мягко-розовое лоно. В ней все было гармонично: и по-женски широкие, особенно при узкой талии, бедра, округлые и приятные для мужских рук, и трепещущий «секрет» между ними под красивым бугорком.
Впрочем, секреты и прелестницы — несовместимы. Они открывают мужчинам все, не оставляя секретов. А потом убивают. Для Рурта это было истиной.
— Как ты сюда попала? — обратился к ней Алеандрус, утомленным взглядом исследуя порочное тело.
— Подойди, и я расскажу, — ответила она с ходу, как будто только и ждала вопроса. — Иди, — повторила она вкрадчиво.
— Сама не могла тут оказаться, — следопыт повернулся к Рурту. — Думаю, ей это не под силу.
Девица буквально извивалась на дереве. Губы ее увлажнились. Кончиком языка она добавляла влаги, проводя по их контуру. Грудь поднималась, ведомая глубоким и частым дыханием. Она гладила себя ладонями по соскам, животу, бедрам, не спуская глаз с мужчин и адресуя все движения им. Но с двухметровой высоты своего сиденья не спускалась.
Рурт напрягся, взялся за рукоять меча. Следопыт же выглядел расслабленным.
— Она может быть не одна, — обратился к нему принц.
— Одна, — ответил Алеандрус с уверенностью.
— Что будем делать?
— Знаешь, не будем ее убивать. Пойдем. Сама она отсюда не улетит.
— А тех, кто мог бы помочь, уже нет в живых, — подытожил Рурт.
— Ей здесь найдется дружок.
— Да. Пока эта красавица его не съест.
Они двинулись дальше, больше не обращая внимания на прелестницу. Девица только взвизгнула, собственными же ласками заставив себя передернуться в приятной истоме. Жадно глотая воздух влажным ртом, она разлеглась на стволе, подставляя солнцу порозовевшие щеки и наслаждаясь экстазом.
Родственники скоро вышли на берег. На горизонте появилась точка стремящегося к острову корабля.
— «Пулатец»? — спросил принц, как только заметил точку.
— Он, — подтвердил Алеандрус.
Когда судно прекратило движение к берегу, став на якорь, к ним направилась шлюпка. Рурт увидел в ней девушку.
«Иначе и не могло быть, — подумал он. — Как это Рора останется ждать на борту?»
Рурт улыбнулся. Когда же утолианка первая выпрыгнула из шлюпки, по грудь оказавшись в воде, принц был серьезен.
Рора живо выбралась на берег и бросилась к нему. Даже в промокшей насквозь одежде девушка была хороша. Она не стала сдерживать себя, как когда-то, и сразу обхватила руками принца, прижавшись щекой к твердой груди.
— Руртус!
Принц провел ладонью по ее черным волосам, затем взял за плечи и отодвинул немного от себя, чтобы можно было посмотреть ей в лицо. В глазах девушки были слезы.
— Вы все живы! — Рурт видел выходящих на берег товарищей.
